Книга Кровь Дома Базаард, страница 362 – Дина Шинигамова

Договорившись о сроках и оплате, Кахалакаста вышел из полумрака магазинчика. Колокольчик над его головой, который он когда-то помогал вешать, звякнул, словно прощаясь. Кахалакаста подставил лицо солнцу. Мимо пробежали двое мальчишек, оживленно тараторя на своем сочном раскатистом языке, будто созданном для того, чтобы что-то запальчиво обсуждать. Пахнуло цветами, нагретым камнем от брусчатки,свежей рыбой и фруктами с соседнего прилавка: раскладывающий товар торговец как раз разломил персик, демонстрируя его свежесть.

Кахалакаста улыбнулся сам себе. Жизнь бывает весьма недурна. Не надо требовать от нее многого, не стоит ждать, что она будет замечательна постоянно, но она все же бывает очень и очень приятна. И пусть случаются падения – тем острее становятся эти моменты затишья и внутреннего покоя. Всегда есть чему порадоваться, надо лишь разглядеть эти детали.

«Жизнь хороша, – не раз повторял его отец, – если в ней есть вкусная еда, доброе вино и любовь красивой женщины. Остальное – капризы». Кахалакаста старался следовать этому принципу, и ему это вполне неплохо удавалось. Пожалуй, он бы добавил к списку наличие собственной твердыни, но об этом койотам уже много лет приходилось только мечтать.

В кармане разлился трелью телефон, и Кахалакаста, взглянув на имя звонившего, хмыкнул: последнее – лишь вопрос времени.

– Приветствую, ша-Турике.

– Просто Полто.

– Как вам будет угодно. – Кахалакаста, не прекращая разговора, завернул в крохотную остерию и кивнул узнавшему его официанту, показав пальцами «два».

– Я бы хотел обсудить… – Полто ощутимо замялся, – детали.

– Конечно. – Кахалакаста устроился за отдаленным столиком и благодарно кивнул, когда официант поставил перед ним чашку эспрессо и стакан воды. – Сейчас или?..

– Я бы предпочел личную встречу. Где и когда?

Кахалакаста прикрыл глаза, вдыхая запах свежего хлеба, доносящийся с кухни, и сделал один долгий глоток кофе.

– Как вы относитесь к Италии, ваше владычество?

Липтрик постукивала ножом по скатерти, почти не слушая, что ей говорят. Лезвие отбрасывало тусклые блики на хрустальный бокал с вином, к которому она не притронулась.

– Лайла, с тобой все в порядке? – Теплые пальцы накрыли ее руку, останавливая нервное движение ножа. – На нас уже официант посматривает.

Липтрик усилием воли заставила себя улыбнуться и посмотреть на Вилла. На его добром лице отразилось беспокойство и искреннее участие, он чуть подался вперед, нависая над столом, и кончик галстука угрожающе завис над соусом от бифштекса.

– Прости. – Она отпустила нож и легонько погладила его по ладони. – Просто… голова мыслями забита.

Вилл приподнял темные брови и откинулся на спинку стула, не отпуская ее руки. Он был внимательным и чутким, отзывчивым,заботливым, ответственным – словом, идеальным.

Вот только стопроцентным человеком.

Они познакомились полтора года назад: Липтрик в кои-то веки выбралась в человеческий бар, решив, что, если Полто проводит там столько времени, может быть, и ей удастся выкинуть из головы заботы о клане. Вильгельма туда затащили коллеги-врачи – он был хирургом и после тяжелой восьмичасовой операции нуждался не только в отдыхе, но и в разрядке. Оба они чувствовали себя не в своей тарелке среди шумной толпы, стремящейся побыстрее опьянеть и найти пару на ночь, и, сидя у барной стойки, разговорились.