Книга Кровь Дома Базаард, страница 305 – Дина Шинигамова

Нималети вскинула голову, не понимая, что происходит. Перед Кашеро стоял мужчина – старше Шиина и чуть ниже. Он размеренно хлопал в ладоши, привлекая внимание.

– Меня зовут мастер Кашо, – произнес он, когда все взгляды устремились к нему. – Я ваш новый учитель Боя.

Внутри Нималети что-то оборвалось. Неверяще она шагнула вперед, собираясь спросить, куда исчез Шиин, но мастер, обернувшись к мальчикам, уже о чем-то с ними разговаривал, приветливо улыбаясь и даже не взглянув в ее сторону.

Она снова стала тенью.

Несколько дней спустя в дверь постучала запыхавшаяся служанка и с поклоном произнесла:

– Владыка ждет шеру Каэру в своихпокоях.

Ничего не понимающая Нималети устремилась в другую часть Кашеро, где до того ей бывать не приходилось. Вскоре полы из деревянных стали мраморными, выложенными причудливой мелкой мозаикой, а стены покрыли расписные шелковые полотна. Нималети старалась не глазеть по сторонам, но тогда мысли упирались в одно – с ней хочет говорить Владыка! – и в горле вставал ком, а сердце начинало биться чаще. Она никогда не поднималась так высоко – на верхнем этаже Кашеро обитал лишь Капатеру-Лимари Каэру.

Высокие двери с искусно нарисованными журавлями распахнулись, впуская Нималети в личные покои ша-Каэру. В нос ударил аромат розы и лилии – густой и вязкий, призванный отогнать извечный запах соли и дождя от тумана, но вызывающий першение в горле.

Переступив порог, она склонила голову, прижав к груди ладонь и не отрывая взгляда от сверкающего белизной пола.

– Подойди. – Мелодичный голос Владыки журавлей показался обманчиво мягким, когда с первым же произнесенным звуком на Нималети опустилось давление его таэбу, сминающего сознание.

С трудом переставляя ноги, она сделала несколько шагов вперед, все так же смотря на носки своих черных ученических туфель.

– Посмотри на меня, – велел Владыка, и Нималети с трепетом подняла взгляд, наконец позволив себе чуть внимательнее разглядеть отца своего отца.

Она знала, что для людей такое родство считается близким, но у журавлей между главой клана и его отпрысками пролегала пропасть.

Капатеру-Лимари Каэру был похож на воду. Словно бегущая река, лицо его казалось недвижимым, но в то же время на нем отражались тени пролетающих мыслей и эмоций. Бледные губы, по контуру подведенные красным, были изогнуты в легком подобии улыбки, за приветливым взглядом прятался острый ум и холодный расчет. Черные волосы волной спускались на спину, две пряди, скрепленные сзади, у висков придерживали перламутровые заколки в виде листьев ивы – их кланового дерева. Возраст почти не отражался на внешнем облике Владыки, хотя Нималети знала, что несколько лет назад он отметил свой двухсотый день рождения.

Ша-Каэру, изящно подогнув край двуслойного белоснежного хакко, сидел на циновке рядом с лакированным чайным столиком. Расписанная вручную лучшими мастерами клана ткань мягкими складками лежала на полу, в оттенках красного – от глубокого бордового до нежного розового –передавая пейзаж Сат-Нарема и очертаний внутренней твердыни.

– Садись.

Нималети робко опустилась на колени, чувствуя себя неловкой и угловатой. Подоспевшая служанка быстрыми движениями разлила по тонкого фарфора пиалам пину и так же стремительно удалилась, семеня.