Книга Кровь Дома Базаард, страница 204 – Дина Шинигамова

Но Тито не отставал, упирая на то, что информационная война – тоже война, что в человеческом мире этот метод широко используется и что они тожедолжны попробовать. Непура работал с Тито больше двадцати лет и уже успел изучить характер своего осатэ: если он что-то решил, то не отстанет. Самое интересное заключалось в том, что Тито часто оказывался прав в своих предположениях, и Карем со смесью удивления и досады признавал, что ворон мыслил как-то иначе, наизнанку, что часто помогало ему добиться желаемого. Большая часть осатэ действовала лишь по распоряжению микорды и его кураторов, но Тито то и дело заявлялся прямо в его кабинет с какой-нибудь безумной идеей. Иногда Непура думал, что тот, принятый на работу еще ребенком, до сих пор воспринимал свою деятельность как опасное и увлекательное развлечение.

Когда Тито потянулся к кувшину с пиной, Карем, проследив за его движением, поинтересовался:

– Ты вообще в курсе, что это мой кабинет? У тебя свой есть, иди туда. А лучше – отправляйся домой и переоденься.

Тито, держащий в разбитых пальцах пиалу, только отхлебнул пины, словно не слыша начальника. Непура нахмурился.

– Напомни, с каких пор в мои обязанности по отношению к тебе входит кормежка? – привычно проворчал он.

– С моих четырнадцати лет, полагаю, – так же привычно откликнулся Тито, взглянув на микорду поверх пиалы, – когда вы приняли меня на работу, обязуясь заботиться о моем благополучии и поддержании жизнедеятельности, что напрямую зависит от количества и своевременности получаемой мной пищи.

Карем вздохнул, откладывая в сторону перо.

– Риттора, ты иногда меня так бесишь.

– Ну, что же делать.

Предлагая Тито работу, Карем понимал, что проблем от заносчивого вороненка может оказаться столько же, сколько и пользы, но не ожидал, что фактически станет его наставником. Сама идея привлечь на работу детеныша шла вразрез с внутренней моралью осатэ, и потому все поручения Тито получал напрямую от Карема, сохраняя свое времяпрепровождение в тайне от остальных подчиненных микорды. Долгое время он оставался секретом внутри секрета, а когда официально влился в ряды информаторов, каким-то образом продолжил работать с Непурой, игнорируя все промежуточные звенья карьерной цепи. Порой Карем задумывался, откуда Тито добывал сведения, – а порой старался об этом не думать. Первое время он требовал подробный отчет о цепочке, которую прошла информация, но вскоре решил, что не все хочет знать. Данные подтверждались, наводкиработали – это было главным. А что стояло за довольной улыбкой осатэ, пахнущего то духами, то кровью, к делу не относится.

Тито зевнул, и Карем махнул на него рукой:

– Иди спи. Утром расскажешь подробнее.

– А вы сами-то спите, шамари Непура? – Тито потянулся, хрустнув суставами, и поморщился от вспыхнувшей в ребрах боли.

– Когда ты не видишь. Иди-иди.

Когда Тито уже взялся за ручку двери, Карем окликнул его:

– Кстати, у тебя с той недели начинается новое задание.

Осатэ вскинул бровь:

– Скажу матушке, что меня повысили до старшего писаря. Она будет так мной гордиться.

Непура фыркнул, тут же замаскировав смех под кашель, – неистовство шеру Марет по поводу бесполезности младшего сына было общеизвестным фактом, а среди осатэ еще и предметом бесконечных шуток.