Книга Кровь Дома Базаард, страница 102 – Дина Шинигамова

Имена сыновей и дочерей тут же вылетели у Лиан из головы, но на Пип, младшей дочери Владыки, она все же задержала взгляд: Каро оказался удивительным сплетником, знающим все про всех, и вороненок успел рассказать Лиан про Принцессу Волков, считающуюся самой завидной невестой среди хеску и отвергающей любые ухаживания.

Бело-золотистый каскад волос, прозрачно-голубые глаза, идеальные черты лица и летящее сине-белое платье – глядя на Пип, Лиан остро ощутила, что ее собственный наряд еще считается детским, каким бы богатым он ни был, и в мыслях ее мелькнула неожиданная горечь. Однако, потянувшись к ее таэбу, чтобы поздороваться, Лиан вдруг с удивлением ощутила там… любопытство. Внешне приветливо-отстраненная, Пип всем существом тянулась к Лиан, желая рассмотреть ее и понять, – и, скорее всего, даже не замечала этого сама, не столь чутко настроенная на мысленную речь. Взгляд ее скользнул по лицу Лиан, задержался на мгновение на разных глазах – и Пип склонила голову, приложив руку к сердцу. Лиан, не ожидавшая такой учтивости, опешила, но тут же повторила жест, запоздало выстраивая социальную лестницу: наследница клана стоит выше младшей дочери Владыки.

Под гулкий голос Гри, подцепившего смирившегося с манерами волка Тиора под локоть, они наконец двинулись к высоким дверям, на ходу раскланиваясь со знакомыми и незнакомыми хеску.

На этот раз коридоры твердыни сов были заполнены народом и светом: между сводами арок висели светящиеся гирлянды, к стенам были приделаны газовые рожки – ничего похожего на ту гнетущую атмосферу, которую Лиан видела в день заседания.Ощущая общий подъем через таэбу, видя улыбки и блестящие весельем глаза, она приободрилась и ступала за Тиором, увлекаемым вперед Гри, с большей уверенностью. К тому же в толпе то и дело мелькали детеныши в разноцветных нарядах, и Лиан надеялась, что ей будет с кем поговорить, когда старшие предоставят их самим себе.

Зал Сов поражал своим размахом. Его размеры превосходили Зал Заседаний чуть ли не втрое – Лиан едва могла различить противоположную стену, у которой растянулись богато накрытые столы, поблескивающие золотом и хрусталем. Все помещение сверкало огнями свечей и газового света, а закинув голову, Лиан обнаружила, что смотрит на переливающееся звездами небо, – купол был стеклянным. Гул голосов, звон бокалов, музыка, льющаяся из-под рук устроившихся в нише музыкантов, – радость и веселье буквально плескались в воздухе, и Лиан с радостью заметила, как расслабился Тиор, который, привычным жестом уперев трость в пол, слушал какого-то престарелого вепря, как чуть разгладились морщины у него на лице, как на губах появилось обещание улыбки. Только сейчас она поняла, что с первого дня видела деда напряженным, собранным, всегда готовым отразить удар, решить очередную проблему – но никогда беспечным, даже отдаленно не таким расслабленным, как шумный Владыка псовых.

Все гости собрались где-то через час, и Лиан не уставала вертеть головой, разглядывая многообразие высшего общества хеску. Долетали до нее и уколы чужого таэбу – осторожные, любопытные, злые. Кто-то просто старался понять, что она за существо, из-за которого в относительно спокойной жизни хеску поднялось столько шума. Кто-то смотрел с неприязнью, считая выскочкой, не по праву занявшей высокое положение. Тиор и Икайя предупреждали: хеску высоко ценят чистоту крови и потому не привыкли смотреть на полукровок с уважением, однако такая открытая неприязнь, которую Лиан то и дело ощущала изморозью на шее, заставляла где-то внутри сворачиваться кольцами обиду.