Книга Правила выживания в Джакарте, страница 68 – Арина Цимеринг, Оксана Багрий

— Но если поиск оттисков для них — приоритетная задача?..

— Надо будет обсудить с Бирч. За тобой точно никто не следил?

Кирихара досадливо цокает про себя. Возвращаясь к политике абсолютной честности: он не рассчитывал, что именно в его точку привезут оттиски. Все были уверены, что конечным пунктом станет аэропорт: тот был куда более подходящей и безопасной целью. Кирихара даже слегка растерялся, когда прямо у него на глазах началось светопреставление. Успел и понервничать, и успокоиться, прежде чем догнал церковного наемника. Он знал, как работать со слежкой, но не в таких же условиях… И все же в итоге он все сделал правильно.

Это он и озвучивает.

— Хорошо, — вздыхает Арройо, а потом убирает руку с руля и треплет его по плечу. — Прости, Эллиот, никто не думал, что на первой же полевой миссии тебе придется пробираться под пулями.

Кирихара кивает и терпеливо ждет, пока инспектор уберет руку.

Надо же.

* * *

Их отель располагается в конце Джалан Джаксы — идеальное прикрытие: вокруг одни магазины, бары да недорогие гостиницы — недаром здесь самая большая концентрация туристов в городе. Время далеко за полночь, однако эта часть Джакарты живет своей жизнью, пестря неоновыми вывесками, цифровыми рекламами и слепящими глаза витринами. Они едут мимо, и Кирихара упирается лбом в стекло, попутно рассматривая город: не слишком отличается от привычных Нью-Йорка или Чикаго. Пальмовыми аллеями так и вовсе напоминает родной Майами. Тем не менее тут не обходится без особого азиатского колорита.

Лавки, торговцы, зазывалы, огромные компании пьяных молодых людей, женщины в цветастых платках, в хиджабах, трехколесные повозки, мопеды, хаотичные перекрестки, крошечные переулки с вывешенной набалконах одеждой, вывески на китайском, арабском, хинди, японском — огромное осиное гнездо.

— Пойдем, — мягко тормошит его инспектор, думая, видимо, что Кирихара задремал.

Возможно, его правда слегка разморило, потому что он не помнит, когда они остановились у тротуара напротив входа в гостиницу. Сонная тяжесть в мыслях вызывает раздражение, и Кирихара плотнее обхватывает ручку чемодана.

На последнем этаже тихо и пусто, и единственным звуком становится пиканье дверного датчика, когда Арройо прикладывает ключ-карту. В номере светло, за декоративной перегородкой видно фигуру, склонившуюся над столом в кухне. Кирихара ставит кейс у своих ног, но задевает зеркальный шкаф, и над целым строем ноутбуков вскидывается вихрастая темная голова.

— Эллиот! Инспектор!

У Николаса вид, будто он только что закрыл сессию, — впрочем, у него всегда такой вид. С отросшими волосами, в рубашке с коротким рукавом, застегнутой под горло, невинным веснушчатым лицом и в целом как вечный студент, Николас органично смотрится среди бесконечных проводов и горящих экранов.

— Николас, зови меня Эдгар, сколько раз можно вас просить.

— Инспектор, с возвращением. — В коридор вплывает гора мускулов: ткнешь иголкой — и лопнет, как шарик. — О, Кирихара! Ну как все прошло?

Кирихара, все так же стоя за спиной Арройо, закатывает глаза: попустительская манера Эйса так же невыносима, как и всегда (Николас хмыкает в кулак), а когда Эйс оборачивается, Кирихара встречает его вежливой улыбкой.

— Ну, привез я его живого, — шутит Арройо. — И да, Эллиот отлично справился: оттиски у нас.