Онлайн книга «Правила выживания в Джакарте»
|
— Так получилось. И агенты… Я хочу вас заверить: они не дураки. Особенно Бирч и Арройо. Уверен, под конец они начали меня подозревать. А когда вскрылось, что оттиски фальшивые… Мне больше нечего было с ними делать. Рано или поздно они бы поняли, что только у одного человека была возможность их подменить. — Кирихара вздыхает. — У меня. Эчизен качает головой: — И все равно. Тебе следовало дать понять Салиму… Как он себе это представляет? — С Салимом у меня не было вариантов — «Простите, Эдгар, я заберу вот этого святого отца поболтать. Зачем? Тайна исповеди»,— а Рид вообще не значился ни в одной сводке по текущей ситуации в городе. Служба даже не понимала, кто он, а потом выяснилось, что он сбежал с деньгами Церкви. Должен ли я был ему доверять? Эчизен приподнимает брови, и есть в этом что-то неуловимо хитрое: — Я ни слова не сказал про Эйдана, молодой человек. Ах, ну да. Эчизену наверняка неизвестно о том, что его подчиненный лип к Кирихаре, как актиния на панцирь рака-отшельника, и о том, сколько чудесных минут они провели в интимном тет-а-тете. Рид был единственным из Церкви, с кем при желании Кирихара мог вступить в контакт, да вот только веры ему не было. Вместо того чтобы вываливать на епископа исповедь, Кирихара переключается на следующий тезис: — Я знаю, что Гринберг с вами связался примерно в то же время, что и со мной. Он не был уверен, что вы… — Кирихара не знает, как сказать, чтобы снова не заслужить взгляд, напоминающий нож у горла. — Боялся, что Басир вас прижали… Но Эчизен оказывается менее чувствительным к подозрениям такого толка: — Говори как есть, мальчик, — спокойно просит он. — Карл боялся, что я сдал его Басиру. Он сообщил мне о тебе только несколько дней назад. Ты был страховкой на случай, если что-то пойдет не так. Я понимаю это. — Он кивает и пальцами делает жест помощнику налить еще чая. — Так в чем конкретно заключался план? О, об этом — об этом чертовом плане — Кирихара мог рассказать. Все, что звучит жизнеспособно, в Джакарте оказывается бесполезным. — Проблема была — и остается теперь — в том, как вывезти оттиски из страны, именно поэтому и привлекли меня. Я уже неоднократно имел дело с внедрением подделок, моя основная сфера — финансы, и в Службе я был укоренен в… достаточной мере глубоко. Это решило дело. Ни водным путем, ни воздушным быстро это сделать бы не получилось. Статус агента при исполнении позволил мне лететь без досмотра и провезти с собой фальшивки, которые передал мне Гринберг. И только этот же статус мог позволить мне вывезти оригиналы. Чему теперь, конечно, не бывать. — И где все это время были чертовы оригиналы? — мрачно спрашивает Салим. Кирихара нехотя обводит всех взглядом: естественно, они будут беситься. Мало кто любит узнавать, что его все это время водили за нос. С другой стороны, его терзали отголоски самолюбия. — В камере хранения аэропорта Сукарно-Хатта, — отвечает он. Салим удивленно уточняет: — Просто… в аэропорту? — Вы недооцениваете удобство общественных мест, — вздыхает Кирихара. — Много народу, легко затеряться. Легче всего забрать при вылете. Есть прямое шоссе до порта. Пришлось забрать их, потому что Бирч и Арройо провели бы ту же логическую цепочку, а рисковать я не мог. Рид трет лоб: |