Онлайн книга «Зимняя почта»
|
На втором десятке она сбилась со счета. Зато стала отмечать детали: на боку одного моржа зияли глубокие царапины, вон тот поменьше, а у третьего один бивень сломан. Юля оглянулась: надо же, она прошла уже добрую половину лежбища! Позади что-то ухнуло, застучало — и безмолвные льды огласились низким ревом. Юля вздрогнула: звук волной ударил в спину, пересчитал все ее косточки. Моржи словно по команде пришли в движение, заревели в ответ. Зажав уши руками, Юля обернулась. Самый первый морж больше не возлежал на льду. Он стоял, высоко поднявшись на ластах. И вдруг хлестнул огромным хвостом. В небо взвился тускло мерцающий мяч, описал дугу и шлепнулся на лед. И вдруг ночной мрак расцвел фиолетовым щупальцем сияния, повторяя траекторию полета моржовой игрушки. — Не ввязывайся в волейбол, — повторила Юля за миг до того, как моржи всем стадом ринулись за мячом. И Юля побежала. Виляя между огромными тушами, едва успевая проскочить под ластами и бивнями, подгоняемая ревом и звонкими шлепками. И пригибаясь каждый раз, когда над ней проносился светящийся мяч, оставляющий проливающийся вниз цветной шлейф. Шлеп! Мяч упал прямо перед ней, расплескивая зеленые брызги. Юля затормозила. Да это и не мяч вовсе! Перед Юлькой прыгал огромный человеческий череп. Клацал челюстью, а в глазницах клубились разноцветные сполохи. Пораженная, Юля встала как вкопанная. И почуяла, как за спиной вздымается огромное. Над головой взревело. Юля оступилась, рухнула на колени. Не успеваю! Вжих! Юлю окатило ледянымкрошевом, подхватило и потащило вперед, из-под рушащейся сверху моржовой туши, мимо щелкающей зубами черепушки. Юля охнула, ловя равновесие. Лыжи! Вовремя подоспели! Она ненавидела лыжи. Вся эта возня с ботинками и палками, теплыми штанами, в которых ноги с трудом гнутся — какой уж тут спорт! А потом пыхти на холоде, штурмуй круг за кругом по школьному стадиону, то и дело наезжая на лыжи впереди идущего. Волшебные лыжи палок, похоже, не предполагали. Несли вперед, лавируя между моржами и торосами. Удержаться на них было непросто, но каким-то чудом получалось. Юлю вынесло с моржового волейбольного поля, ход стал медленнее и плавнее. Осмелев, Юля резко развернула ступни, затормозила и завалилась на спину. Разбросала руки в стороны. Уставилась в небо. Звонкий шлеп — и в вышине дугой пролетает черепушка, из глазниц проливая красное, зеленое, фиолетовое. Жутко. И красиво. До мурашек. Юля прикрыла глаза. Ненадолго, чтобы подышать. Отпустить панику, ужас и восторг. Сосредоточиться на биении сердца. Или земли? Льды мерно подрагивали. Что-то приближалось. И забиралось под сомкнутые веки желтым свечением. Разгоралось все ярче. Юля села. Поправила на ботинках ремни лыж. И повернулась туда, где тьма растворялась от теплого, рыжего. Сначала она увидела ноги. Три пары длинных, тонких ног, перебирающих ледяной простор. Затем — носатую морду и чаши рогов, такие большие, что Юля могла бы свернуться в одной из них и задремать. И только потом поняла, что светится брюхо лося. Словно под шкурой, набухшее, прячется… проглоченное солнце! — Давайте-ка. — Юля встала, потопала лыжами. — Включайтесь. Догоним сохатого! Лыжи откликнулись, и Юля полетела наперерез лосю. Но не она одна. Три лайки метались у ног сохатого, близко не подходили, кружили рядом, рявкали, словно хотели его задержать. Или заставить свернуть с намеченного пути. Лось бежал, не удостаивая лаек особого внимания. |