Книга Другое настоящее, страница 49 – Саша Степанова

Задыхаясь, я подползла к Марту, пока со стороны пруда к нам бежали патрульные. Обидчики брызнули в разные стороны, а он смотрел на меня и не узнавал. Из носа стекала на подбородок красная струйка. По тому, как он на меня посмотрел, я поняла, что Марта больше нет.

За ночь первый выпуск моего подкаста одобрили на хостинге, и он разлетелся по подкаст-платформам. Перед занятиями в колледже у меня было десять прослушиваний, а после их стало около двухсот. Когда я шла в гараж, мне написал следователь по делу «санитаров», Петр Масленников. Сообщение было гневным. Он даже прислал голосовое, но я не стала его слушать. Пообещал перезвонить и не перезвонил.

В гараже уже тусуются Джон и девчонка, которая в первый день моего появления в колледже возвращала ему «Дом, в котором». Юля. Она собирается прийти на мою распродажу. Сидя на узком диванчике, они передают друг другу бутылку вина. Ее нога закинута на его бедра. Обмениваются впечатлениями о прочитанном, думаю я, бросая в угол рюкзак. Стоит мне войти, оба сворачивают свой книжный клуб и ретируются на улицу. Напрасно он думает, что таким образом сможет меня наказать. Я не сделала ничего, за что должна почувствовать себя виноватой, и уж тем более не собираюсь подчиняться их дурацким правилам. Слава транквилизаторам – в голове легко и прохладно. Огорчает одно: уборки здесь немеряно, ума не приложу, как справлюсь с ней в одиночку.

Перво-наперво я натягиваю резиновые перчатки и осматриваюсь. Выволакиваю из угла за диваном картонные коробки с хламом – железки непонятного назначения, похоже, автозапчасти, пустые пятилитровые банки, съежившиеся от сырости журналы. За ними в пыли и паутине стоит серебристый бумбокс «Panasonic». Воу! Я обмахиваю его тряпкой, открываю кассетную деку – пусто. Зато в отсеке для CD обнаруживается самый настоящий компакт-диск. «Алиса – 20.12». Я вытираю его о джинсы и кладу обратно. Чтобы дотянуться до розетки, приходится встать на колени – за этим занятием меня и застает вернувшийся Джон. Дело сделано – лампа на бумбоксе загорается, значит, исправен. Чрезвычайно довольная собой, я поднимаюсь и вешаю на запястье пластиковое ведро.

– Я видела колонку по пути сюда. Не знаешь, там есть вода?

Джон игнорирует вопрос. Заваливается на диван прямо в грязнющих ботинках, с которых капает черная вода, и утыкается в телефон, король чертов. Фанерный щит над его головой ужасен, да и мечи никудышные.

– Я сниму эти штуки, ладно?

Чтобы дотянуться, мне приходится снять обувь и встать на подлокотник. Джон нарочно занимаетеще больше места и лежит как влитой. В отместку на его волосы и куртку опускаются растревоженные хлопья пыли.

– Со стенами тоже что-то нужно сделать. Перекрасить их, что ли? В белый. Нет, в черный.

Так и не добившись от него ни слова, я легко с этим смиряюсь и иду за водой. Колонка оказывается рабочей – после того, как я наполняю ведро, к ней подходит пожилая женщина с двумя пластиковыми бутылками. Расплескивая воду, я пру ведро обратно в гараж. К счастью, Джона там уже нет.

– Ну что, повеселимся?

Бумбокс выдает мощные гитарные аккорды второго трека. Я не знаю слов, а то начала бы подпевать во весь голос. Мне вдруг становится легко – настолько, что я нараспашку открываю дверь, и ветер мгновенно выдувает изнутри затхлую табачную вонь. Пустые бутылки из-под водки и вина отправляются в коробки, и вместе с ними – на свалку. Спина становится мокрой от пота, но сбавлять темп не хочется. Я сбрасываю куртку и хватаюсь за швабру.