Книга Месть Осени, страница 87 – Надя Хедвиг

Но я не хотела.

– Юля, – слабо позвал Лёша.

На нас уже во все глаза пялился кассир и, судя по виду, вот-вот собирался позвать охрану.

– Она не… – Узкая ладонь взметнулась в воздух, и Лёша замолчал.

Юля подошла ко мне. Голубые глаза с аккуратными стрелками смотрели высокомерно.

– Ты поняла меня, Вера? – сухо повторила она. Холод внутри меня ринулся ей навстречу, но я успела его сдержать. Ледяные иглы больно закололи кожу.

Она права. Я чуть не убила Лёшу. А она спасла.

– Поняла.

Кассир на заднем плане решительно зашагал к нам. Юля едва смерила его взглядом.

– Остынь, мальчик. – Покачивая бедрами, она неспешно двинулась к лестнице. Лёша поспешил за ней, хотя видно было, что ноги его едва слушаются. – Возвращайся к работе.

Зависнув на месте, кассир развернулся и, как марионетка, побрел к своей стойке. Из динамиков под потолком заиграла очередная реклама. Я наконец опустила взгляд на ладони – на них не было ни царапины.

Антон

Я стоял перед стеклянными дверями с надписью «Деловой центр». В переулке за моей спиной неторопливо прохаживались гуляки в ожидании длинной ночи. Пока шел, я насчитал в закоулках дворов два ночных клуба и один бар.

Я ждал весь день, чтобы проверить версию, которая не давала мне покоя. По ней Мирин зарулил в ближайший морг, нашел там человека с татуировкой, как у Тёмы, и позаимствовал у него кусок кожи. За ночь я просмотрел все выпуски «Черной белой магии». В одном этот недоволшебник прямым текстом заявил, что ходит в морги снимать с покойников личные вещи типа нательного креста. А еще – забрать марли, которыми их обмывают, платки, в которые рыдают безутешные родственники, и употребить на «благое дело». Он так и сказал: «благое дело».

Больной человек.

Я шагнул вперед, и двери разъехались. Стойка охранника, больше похожая на ресепшен в дорогом отеле, пустовала. Я достал фонарик, посветил на высокие колонны в духе античности и зеркальные потолки. Выглядело, как будто сюда свалили все, что хоть как-то ассоциировалось с роскошью, да так и оставили.

На сайте Мирина значилось, что его офис на третьем этаже. У винтовой лестницы в углу холла даже висела блестящая табличка-указатель с серебристыми буквами. Странно, что не с золотыми.

Я поднялся. Похоже, весь этаж был отдан под офис мага. Пустая приемная больше походила на предбанник пафосного клуба: по стенам тянулась красная подсветка, столешницы из белого мрамора блестели в кровавых отсветах. Я задрал голову, посветил фонариком, вглядываясь в углы. Камер, похоже, не было.

У двери в главный кабинет стоял пустой стол – ни ручки, ни заметок, ни фоторамки, ни даже чашки из-под кофе. Сидит тут кто-нибудь вообще? Я прислушался. Над дверью громко тикали квадратные часы со стальными стрелками. За единственным окном с визгом проносились машины. Воздух был сухой и теплый – несмотря на выходной, батареи шпарили вовсю.

А ну, заперто? Я нажал на ручку, и дверь бесшумно поддалась.

Либо он идиот, либо это ловушка. Я сделал медленный и глубокий вдох – и вошел.

Кабинет был просторный, метров семь в длину и пять в ширину, но из-за здорового шкафа у дальней стены казался меньше. Оставшееся место занимал стол размером с небольшую кровать. Стены украшали дипломы с благодарностями. Я уже видел их в интернете – Мирин любил фотографироваться на фоне своих рамочек. Не хватало только почетной доски и списка жертв рядом. После выпусков «Магии» я заглянул на форумы. Те, кто обращался к экстрасенсам, вели собственную статистику: кто с каким результатом от кого ушел и сколько заплатил. У Мирина был самый высокий ценник и самая высокая точность исполнения заказов.