Книга Осьминог. Смерть знает твое имя. Омнибус, страница 53 – Анаит Григорян

– Араи-сан…

Кими глубоко вздохнула, как будто сама до конца не веря, что ей удалось так подробно все припомнить.

– Уж конечно, это произвело большое впечатление, что ты, Камата-кун, так близко к сердцу принял чужую беду, так что даже вообразил, будто это ты виноват в гибели бедной Момоко-сан – ей вроде бы и шестнадцати на тот момент не исполнилось, школьница еще была… Только ты не обижайся на меня, Камата-кун, но ведь и так весь остров знает, как было дело.

– Мне немного стыдно, что я тогда всех напугал. – Кисё покачал головой. – Я и вправду был в тот день не совсем здоров.

– Зато все сразу узнали, какой ты добрый. – Она снова наклонилась и потеребила его за рукав. Александр постарался отстраниться, чтобы не соприкоснуться с ней: ему подумалось вдруг, что Кими, должно быть, разгоряченная, как после бега. – Ты же сам сказал, такое время от времени с каждым случается.

Кисё наконец снова улыбнулся:

– Это верно, Араи-сан, да ведь Арэкусандору-сан будет теперь думать про меня невесть что.

– Не беспокойтесь, Кисё, не буду.

– Ну вот видишь, твой иностранный друг тоже все понимает! Брось, Камата-кун, никому и в голову не придет тебя осуждать.

Кисё в ответ на это только покачал головой.

– Ну вот и хорошо! – Она встала, отряхнула ладонью подол своего плаща и поклонилась. – Засиделась я тут с вами, а у меня еще дел полно. Хороших вам выходных!

– И вам хороших выходных, Араи-сан. – Кисё, похоже, и правда совсем не сердился на девушку. – Пусть ками-сама будут к вам благосклонны и исполнят ваши желания.

– Все-таки смешной ты, Камата-кун! – Она легонько ткнула его пальцами в плечо, снова поклонилась, на этот раз в шутку, как кланяются иногда дети, прощаясь друг с другом после школы. – Я принесла твоим ками-сама мелочь, которая накопилась за всю неделю, и вот, – она помахала в воздухе веточкой сакаки. – Я так и думала, что встречу тебя здесь, специально для тебя ее взяла!

– Я вижу, Араи-сан.

– Поставлю к твоей, пусть стоят рядом. – Она взглянула на Александра: – Вы только не подумайте ничего, он мне совсем не нравится.

Кими поднялась на вторую ступеньку, бросила мелочь в ящик для пожертвований, дважды поклонилась, хлопнула в ладоши, снова поклонилась, ухватилась обеими руками за веревку и с такой силой потрясла ее, что даже Му вздрогнула от бряцанья круглого, похожего на гигантский желудь колокола. Потом Кими долго стояла неподвижно, опустив голову и закрыв глаза, так что Александру подумалось, что девушка, пожалуй, относится к этому серьезнее, чем хочет показать. Уходя, она помахала рукой и, пройдя через тории, пропала из виду, скрывшись в тени деревьев. «Как будто и вправду покинула мир духов и вернулась в мир живых», – рассеянно подумал Александр.

– Хорошая девушка, – задумчиво сказал Кисё.

– Вы ей нравитесь.

– Что?

– Вы ей нравитесь, уж в этом можете мне поверить, – повторил Александр. – Мне кажется, она в вас даже немного влюблена.

– Что ж, очень может быть. Думаю, вы правы.

Александр еще некоторое время посидел на ступеньке, ожидая, что Кисё скажет что-нибудь еще, но тот молчал, погрузившись в задумчивость. Му, крепко уснувшая у него на коленях, лежала совсем неподвижно, только ее бок, покрытый пыльной клочковатой шерстью, мерно поднимался и опускался. С неба начинало накрапывать, пока что не очень сильно, но было понятно, что до вечера, скорее всего, опять будет идти дождь – впрочем, прогноз погоды на ближайшую пару недель обещал только ухудшение: ведущие утренней программы, которую смотрела Изуми, обсуждали сегодня затянувшийся сезон тайфунов и советовали тем, кто собирается выходить из дома, не полагаться на общественный транспорт и брать напрокат лодки («Если так и дальше продолжится, лодки можно будет смело покупать, а особенно предприимчивые люди смогут открыть магазины модных дождевиков и резиновых сапог, у женщин они будут пользоваться спросом; скажите, дорогие зрительницы, вы согласны на пару дизайнерских резиновых сапожек взамен ваших туфелек?» Изуми, ставя на стол чайник свежезаваренного чая, рассеянно улыбалась).