Книга Осьминог. Смерть знает твое имя. Омнибус, страница 263 – Анаит Григорян

– Вы бы хотели обычную гондолу или гондолу с прозрачным полом? – поинтересовался проверявший билеты сотрудник.

Акико испуганно обернулась на Александра. Даже на каблуках она была ниже его больше чем на голову и сейчас казалась очень хрупкой и беззащитной.

– Конечно, с прозрачным полом, – сказал Александр и ободряюще кивнул девушке.

– Тогда нужно будет немного подождать.

Когда нужная гондола плавно подошла к площадке, на которой они стояли, Александр сначала помог Акико, галантно подав ей руку, и только затем вошел сам. Автоматические двери бесшумно закрылись за его спиной. Севшая на самый край мягкой трехместной скамеечки Акико взглянула на него с тревожным любопытством. Александр сел напротив:

– Смотрите в окно, Коянаги-сан, иначе вы ничего не увидите.

– Простите, но мне немного страшно.

– Не бойтесь, я с вами. Если мы начнем падать, я обязательно вас поймаю.

Гондола поднималась не слишком быстро, время от времени слегка вздрагивая. Под ее прозрачным полом проплывали сложные стальные конструкции и тросы аттракциона, похожие на гигантскую паутину, натянутую над Токийским заливом. Акико смотрела в сторону набережной, где они совсем недавно гуляли. Ее белые, как рисовая бумага, пальцы нервно комкали подол плаща. По-видимому, она изо всех сил боролась с собой, чтобы не зажмуриться. Александр ощутил горький укол совести. Вообще-то, эта штука действительно была довольно страшной – даже для человека, который не боялся высоты, что уж говорить про Акико с ее фобией.

– В России колесо обозрения называют «чертовым колесом».

– Чертовым колесом? – переспросила Акико. – Óни-но-канранся?

– Да. Смешное название, правда?

– Правда, – она улыбнулась, – очень смешное.

Гондола уже прошла примерно четверть своего пути. Вид снаружи был и правда интересный: с одной стороны – набережная с аллеями деревьев и малоэтажной застройкой, за ней – суперсовременный город с садами и площадками для гольфа на крышах домов, с другой стороны – порт, стоящие на рейде корабли и подернутая рябью гладь Токийского залива, над которым протянулись вантовые мосты с автомобильными трассами и виднелись трубы фабрик, расположенных на вдававшемся в залив берегу. Александр обернулся: в следующей за ними гондоле никого не было. Он немного наклонился к Акико.

– Не бойтесь, Коянаги-сан. Вы отлично справляетесь…

Он осторожно протянул руку и накрыл ее ладонь своей. Девушка не двигалась, но и не пыталась отстраниться.

– Смотрите, там вдалеке уже виден маяк «Марин-тауэр».

– Да… он очень красивый…

– Я не заставлю вас подниматься на него. Вы и так сегодня очень смелая. Отправимся в китайский квартал, как вы и хотели.

Он слегка сжал пальцы. Рука Акико была холодной, как будто она ужасно замерзла. Покачиваясь, прозрачная гондола поднималась все выше. Александру показалось, что шум ветра на улице усилился, – возможно, из-за того, что они были уже достаточно высоко.

– Две трети Японии занимают горы, из-за чего в нашей стране очень мало места, – проговорила Акико, – поэтому японцы строят такие высокие дома. Чтобы обрести хотя бы немного жизненного пространства, нужно забраться повыше. Наши инженеры разработали множество способов защитить такие высокие строения от землетрясений и других природных катастроф. Может быть, в этом причина того, что Япония стала такой технологически развитой страной. Как японка, я должна гордиться этим. И все же это очень страшно – оказаться где-нибудь наверху во время землетрясения.