Онлайн книга «Пять замерзших сердец»
|
Когда я смотрю на Анаис, не могу не думать о том, какой женщиной, какой возлюбленной она станет, как будет строить отношения с мужчинами. И в глубине души надеюсь, что от матери она не возьмет ничего. Анаис Среда, 11 июня 2003 г.: хватит называть меня Дюпюи!!! Сегодня мне пришлось назвать свою фамилию… – Анаис Дюпюи. – Дюпюи… как в том деле? Наверное, тебе трудно приходится… Что за бред?! Эта любительница сплетен начиталась «Гала». Она не знает, как пишется «Дюпюи»? Люди иногда бывают ужасными идиотами! Она на самом деле думала, что я скажу ей правду?! «Да, конечно. Катрин Дюпюи – моя мать». Пожимаю плечами и включаю дурочку – мол, не понимаю, о чем речь. Я что, отвечаю за всех предков? Надоело носить фамилию Дюпюи… Мы часто говорим об этом с папой. Он понимает, почему я снова и снова повторяю, что хочу ее поменять, но в ответ твердит, что нам еще повезло: Дюпюи во Франции полно, мало кто из них с нами в родстве (кстати, им, возможно, тоже с некоторых пор не по душе так зваться, окружающие задают тот же дебильный вопрос…). Даже в Ла-Рошели есть другие Дюпюи. Бедолаги… Но им повезло: они не общались ни с полицейскими, ни с журналистами, на стенах их домов не писали бранных слов (во всяком случае, я на это надеюсь!). Всем известно, где жила убийца (некоторые бездельники до сих пор шатаются вокруг дома, что-то вынюхивают… Мне хочется крикнуть: «Не там ищете, она в Ренне!»). Короче, папа говорит, что однажды я выйду замуж (как будто это меняет суть дела, да и откуда ему знать?) или перееду в другое место (когда начну учиться в институте или в университете… но ведь не со дня же на день!). Похоже, мой родитель забыл, что «дело Дюпюи» освещали все национальные новостные каналы! С моим везением через несколько лет, когда все забудут, оно всплывет в шоу Faites Entrer l’accusé 16. Нас никогда не оставят в покое. Я всю жизнь буду носить фамилию преступницы. Папа тоже (даже разведясь, он останется Дюпюи, такая вот удача). Марк Вопрос о нашей фамилии, принадлежащей и убийце тоже, не дает покоя Анаис. Ей трудно быть Дюпюи с тех пор, как начался весь этот ужас. Можно понять девочку, но ее носит наша семья. Та самая, которую мы строили вместе с ее матерью. Я пытаюсь внушить Анаис простую истину: «Как бы ты сейчас ни относилась к нашей фамилии, она не просто факт биографии и доказательством тому – дети, вы с Фло!» – Семья! Она замарала твою фамилию! Она все разрушила! Что, по-твоему, осталось от семьи? – горько поинтересовалась она. Трудно не согласиться. После развода Катрин сможет вернуть девичью фамилию. Ей будет выгодно так поступить, чтобы облегчить реадаптацию в обществе, когда она выйдет из тюрьмы, если это произойдет. Ирония судьбы: виновная из «дела Дюпюи» перестанет зваться Дюпюи, а мы, безвинные жертвы побочного, будь он неладен, ущерба от ее преступления, обречены носить это клеймо. Так-то вот. Я не сказал Анаис, что позже, если захочет, она сможет поменять фамилию… и сейчас уже может, хоть и не достигла совершеннолетия. Министерство юстиции наверняка сочтет мотив ее запроса правомочным. Но сейчас она носит мою фамилию, и я, скажу честно, не готов согласиться, чтобы она сменила ее на другую, неизвестно откуда взявшуюся. Дюпюи – моя фамилия, она – часть моей идентичности, и я передал ее детям, чем очень горжусь. Это их первое наследие. Не хочу, чтобы она стерлась и исчезла после меня, после Флориана. Хочу, чтобы мой сын подарил ее своим детям. |