Книга Последний выживший самурай. Том 1, страница 87 – Сёго Имамура

– Прекрати сию же секунду.

Длинные волосы, собранные в высокий хвост. Меч длиной более девяноста сантиметров. Кикуоми Укиё, который спас Футабу рядом с Исиякуси.

– Что? Ты кто? – с отвращением цокнул языком Букоцу.

Самоуверенное выражение стекло с его лица. Некоторое время они боролись, но Укиё, собравшись с силами, оттолкнул врага и встал между ним и девушкой.

– Укиё… – невольно вырвалось у Сюдзиро, и тот, не отрывая взгляда от противника, ответил:

– Я был в Мия, но услышал шум и поспешил сюда.

– Шум? Ты кто, поборник справедливости?

Укиё хмыкнул, не поддаваясь насмешкам.

– Не нравится? Ублюдок.

Букоцу фыркнул и снова приготовился к бою, держа обоих противников в поле зрения.

– Сага-сама, где Футаба-сан?

Укиё перехватил меч поудобнее, так же наблюдая за врагом.

– На самом деле… ее только что похитили. Я их преследовал, но тут появился этот…

– Я же говорил вам, что нельзя спускать с нее глаз… – Укиё чуть разочарованно вздохнул и продолжил решительно: – Скорее за ними.

– Но…

– С этим негодяем я сам разберусь, – строго прервал его Укиё.

– Ересь, ничтожество, какие ужасные вещи ты говоришь! Не смей отвечать за него. Мы с Кокусю… – Голос Букоцу оборвался.

Пока он говорил, нодати Укиё ударил его по лицу. Букоцу увернулся, отклонившись буквально на несколько сантиметров, и попытался контратаковать. Однако Укиё умело держался на расстоянии и крутился как волчок.

– Удар восемнадцать, Рангику, – еле слышно произнёс Укиё, но Сюдзиро все же разобрал.

Удар, нанесенный со всей силой, отбросил Букоцу в сторону. Когда он почти коснулся земли, Укиё, с образом которого это вовсе не вязалось, резко крикнул:

– Быстрее!

– Буду должен!

Сюдзиро бросился бежать. Сзади он слышал, как Букоцу пытается его остановить, но вскоре голос его сменился лязгом клинков. Сансукэ уже должен был уйти довольно далеко. Сюдзиро прикусил нижнюю губу и побежал еще быстрее.

Не преувеличение – сказать, что правление Токугавы стало самым мрачным периодом для большей части высокой знати. Доходы были крайне низкими. Высшие дворяне, такие как Госэккэ[66], еще могли прожить, но остальным приходилось подрабатывать, чтобы прокормиться. Это отражалось даже на их домах, которые потихоньку ветшали и приходили в плачевное состояние по сравнению с домами самураев.

В то время как некоторые самураи в зависимости от места и клана зарабатывали в год несколько тысяч монет, а даймё – десятки тысяч, даже семья Кадзан-ин, представители ветви знатного рода Фудзивара Хоцукэ, получали всего семьсот пятнадцать, что равнялось доходу простого самурая.

Кикуоми Укиё был слугой семьи Кадзан-ин, так называемым «ао-самурай», или «синим самураем». Считалось, что такие, как он, служили при дворе телохранителями, но на самом деле занимались разными бытовыми поручениями. Большинство не отличались особыми умениями в бою.

Знавшие Укиё часто говорили, что он похож на девушку, так он прелестен.

В первый год Бункю[67]ему исполнилось шестнадцать. В начале того года умер его отец, и Укиё в столь юном возрасте стал главой семьи Кикуоми.

Несмотря на худощавое телосложение, он был высок и так прекрасен лицом, что его и правда легко принимали за женщину. Его видели всегда доброжелательным, он ровно обращался с любым человеком, независимо от чинов и званий, а при виде цветков сакуры у него наворачивались слезы. Укиё нравился девицам, работавшим при дворе, и когда приветствовал их на улице, многие заливались краской.