Книга Последний выживший самурай. Том 1, страница 24 – Сёго Имамура

Футаба спала, неслышно дыша.

– Пусть еще отдохнет.

Яхэй вошел, аккуратно закрыл раздвижные двери и сел напротив, скрестив ноги в позе лотоса.

– Сага-сама… Не хочу вдаваться в подробности, чтобы не стеснять вас ответом, но в такие времена… вы все еще работаете?

– Нет. Скорее меня преследуют.

– Пять лет назад кровная месть была запрещена законом, но до сих пор она иногда случается.

Шел шестой год Мэйдзи[21]. Правительство, следуя образцу западной цивилизации с ее странными обычаями, стремительно изменяло все, что считалось «варварским». В такие «пережитки» вошла и кровная месть, но даже сейчас находились люди, готовые отомстить, пусть и зная, что им грозит наказание.

– Да уж… – Сюдзиро не мог рассказать Яхэю подробности, поэтому ответил уклончиво.

– Могу ли я задать другой вопрос? Вы не занимались государственной службой? Сага-сама, вы же…

Сюдзиро покачал головой и горько рассмеялся.

– Было дело… Они хотели, чтобы я стал патрульным. Но я отказался.

– Почему?

– Не хочу больше держать в руках меч. Меч теперь только украшение. Нас убедили, что отныне нужно использовать ружье.

– Тогда вы поступили правильно. В прошлом году была война на юго-западе. Мечи, похоже, сыграли там важную роль.

Возможно, Яхэй так хорошо осведомлен, потому что об этом много писали в газетах.

– Но эпоха мечей подходит к концу.

Частые восстания самураев, в том числе и Юго-западная война, больше не повторятся. Мечи – они ведь как свечи. Возможно, они просто просияли в последний раз в конце эпохи, и это закат их воинской славы.

– Но, Сага-сама… – Яхэй бросил взгляд на клинок, лежащий рядом с мужчиной.

– А… Я не хотел. Но пришлось.

– Я приготовлю белую ткань, – понятливо кивнул Яхэй.

Сейчас, когда введен запрет, в деревне еще ничего, но в большом городе, если кто увидит меч, сразу же прибегут полицейские. Нужно всегда оборачивать его белой тканью. Это тоже низко… и неудобно. Участники, которые, как и Сюдзиро, используют мечи, наверное, испытывают те же трудности.

Это особенно касалось длинного оружия, такого как копье и нагината. Те, кто владел короткими кинжалами, как Футаба, или скрытым оружием, как сюрикэны, были в этом плане в более выгодном положении.

– Я принесу ткань вместе с едой.

– Я ее разбужу. – Как только Яхэй вышел, Сюдзиро обратился к девочке. – Футаба, вставай.

– Угу. – Не прошло и минуты, как Футаба поднялась и начала быстро приводить себя в порядок. Глядя на ее спину, Сюдзиро почувствовал, что она хочет что-то сказать.

– Что такое?

– Сюдзиро-сан, вы были самураем? – Она задала вопрос, не прекращая движения руками, как если бы боялась обернуться.

– Ты все слышала?

– Простите… Я не хотела подслушивать.

– Ничего страшного. Это было больше десяти лет назад.

– Если вас пригласили в патрульные, значит… вы работали с новым правительством?

– Да, я был на службе у клана Тоса. Похоже на жизнь ронина[22].

В те времена различные кланы, такие как Сацума и Тоса, нанимали покинувших собственные кланы ронинов и бросали их в качестве передовых отрядов на свержение старого режима. Сюдзиро волею случая сумел войти в клан и получить там работу.

Он уловил слабые шаги и упавшую на дверную перегородку тень. Он подумал, что это слуга, но не заметил подноса.

– Четвертый отдел. Проверяем номера.