Книга Операция на два сердца, страница 72 – Валерий Шарапов

Украдкой я косила взгляд наверх. Вернер был невозмутим, как сфинкс. Какое ему дело до чужих жен? Я убежала на заднюю палубу, закутанная в прозрачное парео. Уланов волочился за мной, потом что-то вспомнил, свернул вбок. Вильямс при моем появлении деликатно подвинулся, затем переместился на правый борт. Яхта останавливалась, вода за кормой уже не бурлила. Плановая остановка. Сбоку от винта имелись ступени, плавно уходящие в воду. Дверца в ограждении была закрыта. Болталась табличка, призывающая не входить в воду до полной остановки транспортного средства. Наверху объявился Вернер, лаконично поставил в известность насчет часовой остановки. Можно купаться. Развернулся и ушел к себе. Не человек, а бетонная будка! Хоть бы взглядом намекнул, как он мне сочувствует! Я отомкнула дверцу в ограждении, стала спускаться в воду. Тоже мне, придумали. Безопасно, конечно, но как-то неинтересно. То ли дело с высоты, головой вниз…

Я плавала за кормой, боясь отдаляться. Вильямс делал вид, что не подглядывает. В этом что-то было — плавать в открытом море, не зная, какая под тобой глубина. И кто там под тобой обитает… Появился Уланов с банкой холодного пива. Захотелось нырнуть и не выныривать.

— Ба, человек за бортом! — вскричал он. Я плавала кругами, добродушно улыбаясь. Он развалился на диванчике, расставив ноги, лениво попивал пивко. За версту чувствовалось, как от него несет крепкими и слабыми алкогольными напитками. Но пьяным он не выглядел. Хорошо это или плохо, я пока не понимала. Услуги стюарда к морской прогулке не прилагались, Уланов посчитал, что не нужны на судне посторонние, путающиеся под ногами. И теперь жалел — все приходилось делать самому. В том числе бегать за пивом.

— Как водичка? — участливо осведомился Уланов.

— Сойдет, — проворчала я. Водичка действительно бодрила. А то, что скрывалось в пучинах, меня уже не беспокоило.

— Отлично. — Он сделал большой глоток, пиво потекло по губам. — Сейчас допью и к тебе присоединюсь. Ты выглядишь ослабшей, будем тебя спасать.

— Может, не надо? — вздрогнула я.

Уланов засмеялся.

— Не бойся, топить не буду. Здесь не Истра, такие шутки могут плохо закончиться.

У моего супруга возникали барские замашки. Смотреть на это было крайне неприятно. И он, похоже, что-то чувствовал, временами тень пробегала по его лицу, глаза превращались в щелочки. Опытный шпион сказал бы: весьма непрофессионально, Софья Андреевна. Но кто тут видел профессионалов?

— Где мы находимся? — спросила я.

— Понятия не имею, — пожал плечами Уланов. — Маршрут согласован с ФБР. Точнее сказать, бюро его и составляло. Удивляюсь, что мы не в тридцати метрах от берега. Это территориальные воды, детка. Под бдительной защитой береговой службы США и вот этих парней, — он кивнул на застывший неподалеку катер. — До берега, полагаю, миль двенадцать. Будем ходить туда-сюда вдоль береговой полосы. Немного постоим и снова в путь. К вечеру встанем на якорь — и до утра. Завтра — приоткрою небольшую тайну — высадка на архипелаге Бретау. Возможно, ты читала о нем. Крохотные живописные островки, находка для романтически настроенных людей. Мы ведь с тобой неисправимые романтики?

— А то, — подтвердила я. — Рыбачить не собираешься?

— Рыбачить? — удивился Уланов. — Ты знаешь меня без малого восемь лет, родная. Я похож на рыбака?