Книга Сердце жаворонка, страница 36 – Лев Брусилов

– Не сложно? – Кочкин выпрямился. – Вам легко говорить…

Начальник сыскной не стал вступать в ненужные пререкания, а лишь посоветовал своему чиновнику особых поручений зря время не терять.

Ближе к обеду, когда на печи в большой медной кастрюле уже булькала пузырями мясная похлебка и по всему дому разносился ее чесночный аромат, в ворота к Сапуновым громко постучали. Залаял Дружок звонко и необычно, с повизгиванием охотничьей собаки, загнавшей белку, он так никогда не лаял, значит, визитеры принесли с собой необычные, чужие запахи, которых дворовый пес еще никогда не слышал.

– Сваты! – сказала мать дочке и, накинув на плечи висевший в сенях старый с прорехами зипун, в котором обычно бегали до ветру, выскочила во двор. Вначале загнала собаку в конуру, подперла колодой дверцу и только потом пошла отворять по шаткой, брошенной через грязное место тесине. На душе было волнительно и даже страшновато, сердце озорно стучало в грудь, первый раз к ним сватаются. Сапунова загремела тяжелой чугунной клямкой и со скрипом приоткрыла дверь. Но, к ее неудовольствию, там стояли не сваты, которых она ждала, а незнакомый человек в сером пальто, кепке, клетчатых штанах и ботинках с тупыми носами. Лицом непримечательный, только глаза-булавочки зыркали из-под низко надвинутого козырька.

– А вы к кому? – спросила хозяйка и, сделав шаг, выглянула на улицу. Там было пусто, только невдалеке стояла пролетка, но кто в ней сидел, было не видно, потому как коляска стояла задом.

– Мне нужна Сапунова Мария… – незнакомец запнулся.

– Ивановна, – подсказала хозяйка.

– Да, Сапунова Мария Ивановна.

– Ну, я это. Вы по какому делу, а то мы гостей ждем… – Замолчала и, подумав, добавила, сама даже не зная зачем, может быть, для хвастовства: – Сваты должны быть, с минуты на минуту… Вот проворонить боимся! А то ткнутся, а у нас заперто, к другому дому поедут…

Понимая, что врет, и коря себя за это, Мария Сапунова даже покраснела, что случалось с ней, правду скажем, не часто.

– Я вас не задержу! – успокоил ее гость. – Мне просто нужно у вас узнать кое-что…

– Узнать? А вы кто?

– А я… Вот… – незнакомец проворно сунул руку в карман шерстяного пальто и достал бляху, медную, блестящую, да еще с какими-то словами, не разобрать.

– А это что? – не поняла Сапунова. Может быть, на самом деле не поняла, а может, только вид делала.

– Это полиция! – со вздохом пояснил гость и виновато глянул на Марию Ивановну.

– А что… – Хозяйка запнулась, стала глазами вертеть, вспоминать, что могло такое случиться, зачем полиция? – А, вы это… Точно к нам? Может быть, спутали чего?

– Да, может, и спутал, – кивнул полицейский, хотя, по мнению Сапуновой, жидковат он был как-то для полицейского. Где усы, где шашка, где пузо, наконец? – Но, – продолжил страж закона, – вы ведь Сапунова Марья Ивановна, так?

– Так! – кивнула хозяйка.

– И дочка у вас есть на выданье, так?

– Так… – проговорила Сапунова, но уже не бодро и с вызовом, а тихо и медленно.

– И к вам третьего дня приходила гадалка? Так? – Голос у полицейского окреп, и уже не слышались в нем виноватые нотки.

– Так, – совсем уж тихо сказала Марья Ивановна. А самой даже страшно стало: и откуда они это все знают?

– А раз все так, значит, ошибки никакой нету, к вам я, уважаемая, пришел… к вам!