Книга Гигахрущ, страница 68 – Денис Килесов, Тимур Суворкин

Вздохнув от его вида, академики все же велели начать испытания. По твоему сигналу команда из тридцати гравинавтов забралась внутрь бетонного шара. Ты махнул рукой. Многочисленные шланги начали подавать в гравилет жидкий бетон. Гигатонна за гигатонной он лился внутрь аппарата. Наконец, когда он заполнил весь шар, раздался треск. Прямо на глазах охреневшей комиссии потяжелевший гравилет тупо проломил пол блока и, ломая все на своем пути, стал проваливаться в глубь Хруща, повинуясь неумолимой силе гравитации.

– То есть ваш гравилет летает только вниз? – наконец спросил кто-то из комиссии, когда к ним вернулся дар речи.

– Зато он совсем не требует топлива, а это большая выгода для народного хозяйства! – бодро отвечаешь ты.

Предсказуемо твой гравилет получил самую низкую оценку по шкале Танцевалова. А ты был и не против. Ведь какая разница, если в конкурсе теперь участвует только твой проект?

Ехидно заулыбавшись, ты заглядываешь в огромную дыру, оставленную твоим многокилометровым гравилетом. Дыру, на месте которой раньше был блок Ярохова и его НИИ. А еще сам Ярохов, твоя жена, дед и сбежавшие ученые. Ты улыбаешься, улыбаешься радостно и легко: ты знал, рано или поздно справедливость все равно восторжествует.

На следующий семисменок ты получаешь премию имени Хрусталина, грамоту от товарища Самосборова и звание лучшего и единственного ученого в области строения гравилетов. И эти новости приходят ровно в тот момент, когда вы с чекисткой Леночкой красите стены вашей общей ячейки в приятный, нежно-кровавый цвет.

Ты – Физкультур Телостроевич Спорт. В течение десяти циклов побеждаешь на всех соревнованиях физкультурников своего гигаблока. Вполне естественно, что партия признала твои действия вредительской попыткой разрушения духа соревновательности, а потому ты был приговорен к пожизненным исправительным работам на Трубхрущканале.

А ты и не против. Живешь в теплом жилбараке, отбираешь по утрам калорийный паек у Ивана Денисовича Правдина, радостно ухая, моешься под холодной водой, которой поливает вас охрана из шлангов, взяв отбойные грабли, перевыполняешь план семисменка еще до обеда, а после делаешь жим бетоноедов, упражнения на сгиб канализационных труб или проводишь время с очарованными твоей мускулатурой надзирательницами.

Именно поэтому когда к тебе приходят какие-то не знающие радостей спорта задохлики из НИИ Слизи и предлагают амнистию в обмен на какое-то там задание, ты посылаешь их заниматься спортом.

Посовещавшись, задохлики в белых халатах вновь предлагают тебе сотрудничество, обещая снятие судимости и допуск к межгигаблочному конкурсу телостроителей «Товарищ партия – 999/99».

Сурово выпустив из рук двух льнущих к твоим мышцам охранниц, ты скребешь свою мускулистую бороду и наконец даешь согласие. Этой же ночью черный ликвидаторский лифт увозит тебя в НИИ Слизи.

В обстановке строгой секретности начальник НИИ показывает тебе на хрущекалендарь, отмечая, что до нового цикла осталась лишь одна смена, а подшефный НИИ блок для детей-сирот так и не получил закупленные для него подарки. Причина простая: в блоках, лежащих между НИИ и детишками, целых десять семисменков гулял самосбор, а по его окончанию коридоры заполнила орда вторгшихся чернобожников. Поэтому НИИ нужен доброволец для срочной отправки детям подарков. Благо план, как это сделать, у начальника уже есть. Далее идет инструктаж, но его ты не запоминаешь, так как берешь стоящий в кабинете шкаф с книгами и начинаешь жать его от груди.