Книга Проклятие дома Грезецких, страница 50 – Тимур Суворкин

Затем я нахмурился и наклонился.

– А это еще что?

– Заземление, – растерянно пояснила работница.

– Я сам вижу, что заземление. Теперь ясно все.

– Что ясно? – удивилась работница. – Заземление для вычислительных мощей дело обычное.

– Обычное, ясное дело. Но у вас тут что? Мощи святого Никодимия. Он откуда? Из Небесного града Архангельска. А вы заземление поставили и хотите, чтобы система работала? – Я опустился на колени, рассматривая крепления кабелей. – Ну-ка подайте ключ на восемь, проверим.

Работница помедлила.

– Давайте-давайте, не бойтесь. – Я требовательно протянул руку.

Получив инструмент, я свинтил залитые пчелиным воском серебряные гайки и отсоединил золотые кабели от машины. Затем перезапустил аппаратуру. Встав за клавиатуру, я с чувством отбил по серебряным клавишам несколько простых бинарных молитв, знакомых каждому жителю Небесного града Архангельска.

Показатели на проекторе скакнули и стремительно вернулись в норму.

– Ну все. Принимайте работу, – улыбнулся я.

Ошарашенная девушка с трудом подобрала слова:

– Послушайте, сам Григорий Евклидович тут ничего сделать не мог, Морокова инженеры спасовали. А вы за пару минут все сделали. – Работница посмотрела на меня с откровенным восхищением.

– А что вы хотели? За-Райское духовно-механическое училище. – Я скромно пожал плечами и чуть улыбнулся.

В зале по-прежнему никого не было, и мы с работницей подошли к полыхающей в центре помещения горелке, чтобы погреться. Вновь вытащив сигареты, девушка прикурила от пламени, протянула еще одну мне.

Я не стал отказываться.

– Виктор, а почему с таким талантом к технике вы пошли в сыск?

Я изумленно посмотрел на работницу.

– Мне ведь докладывали, что вы были лучшим студентом на курсе. – Девушка пристально посмотрела на меня.

Я поперхнулся дымом, наконец придав значение и чуть выбившейся из-под шапки пряди золотых волос, и ясным голубым глазам за стеклами массивных защитных очков.

Выронил сигарету и резко вытянулся перед девушкой. Она мягко улыбнулась:

– Полно вам, если бы я хотела, чтоб вы передо мной вытягивались, в Летний дворец бы к себе пригласила.

– Д-да, – негромко согласился я и попытался вести себя естественно. Получилось, впрочем, крайне неубедительно. – Я просто не ожидал, что вы здесь будете. Работать.

– А кому заниматься государственной машиной, как не мне? – Императрица наконец стащила с лица защитную маску. Только сейчас я понял, насколько она красива. Никакой портрет из тех, что я видел, даже близко не шел в сравнение. – И все же, Виктор. Почему сыск? Почему не наука?

– Наукой я занимался. После духовно-механического два года в Инженерной лавре отработал, да еще три при Елагинском экспериментально-вычислительном монастыре.

– Вы были монахом? – Глаза императрицы расширились.

– Нет, – улыбнулся я. – При монастырях ведь работают и миряне. Я же из рода Остроумовых, вы сами знаете. После учебы путь на гражданские должности мне был закрыт. Вот я и выбрал работу при монастыре. Хотя слово выбрал тут не совсем уместно. Однако и здесь были проблемы. Доступ к по-настоящему серьезной науке в монастырях действительно открывается лишь после пострига. А к этому пути я себя готовым не считал. Но и всю жизнь в младших помощниках просидеть, такой духовный подвиг мне тоже не по силам оказался. – Я пожал плечами и улыбнулся.