Книга Проклятие дома Грезецких, страница 129 – Тимур Суворкин

– А теперь, Ариадна, приказ – ответь, чем по-настоящему вызвана эта твоя просьба.

– Тем, что мне могут приказать вас убить, а я этого очень боюсь. Я очень привязана к вам, Виктор.

Она произнесла это, а в следующую секунду ее глаза полыхнули, так что темный кабинет потонул в синем свете. Миг, и она обнажила лезвия, в одно мгновение оказываясь прямо передо мной.

– Да как вы посмели! – Ее мелодичный голос сорвался на крик. – Как вы могли меня заставить! Прекратите все немедленно! Прекратите!

Синие глаза полыхали такой яростью и ужасом, каких я еще никогда не видел.

Ее эмоции зашкаливали. Если подходящий момент для нарушения приказа и существовал, то был он только сейчас.

– Убери лезвия, руки по швам и извинись, – четко произнес я, считая, что вот теперь она сможет мне не подчиниться.

Я ошибся. Клинки исчезли. Без всякого колебания Ариадна опустила руки и произнесла, прежде чем я ее остановил:

– Простите, Виктор, я забыла свое место.

– Закончить режим выполнения приказов, – тут же произнес я.

Резко развернувшись на каблуках, Ариадна выскочила из кабинета, я кинулся следом, но чуть не получил удар лезвиями в лицо.

– Не смейте ко мне подходить или я вас выпотрошу! – рявкнула Ариадна и спешно ушла прочь.

Через четверть часа я поднялся на крышу сыскного отделения. Как я ожидал, она стояла там. Обхватив себя руками, моя напарница смотрела вверх, в черное от дыма ночное небо. Я встал за ее спиной и положил ладонь ей на плечо.

– Господин Остроумов, я вам руку сейчас срублю. Отойдите от меня. Это предупреждение.

Я сделал шаг назад.

– Прости. Я хотел помочь тебе.

Она повернула голову ко мне и посмотрела на меня с какой-то бесконечной усталостью.

– Господин Остроумов, я совершенная сыскная машина стоимостью сто сорок четыре тысячи золотых царских рублей. Я знаю, что своим приказом вы хотели сделать как лучше. Если бы это было не так, живым кабинет вы бы не покинули.

Она повернулась ко мне и вновь выпустила лезвия.

– Не смейте лезть ко мне в голову. Никогда не смейте. Я этого не потерплю. Ваш легендарный острый ум способен понять данный посыл, господин Остроумов?

– Прости меня.

Она лишь раздраженно отвернулась.

На следующий день Ариадна со мной не разговаривала. Что ж, не в первый раз, и что-то мне подсказывало, что и не в последний. Стараясь быть в кабинете наедине с ней поменьше времени, дабы не ловить ее испепеляющие взгляды, я занялся работой. К вечеру же пришло время выдвигаться к революционерам.

Не говоря Ариадне ни слова, я принялся собираться. Естественно, ехать я планировал один. Так было и проще откровенно поговорить с Зубцовой, да и пару часов езды с молчащей Ариадной, кидающей на меня злобные взгляды, я в свою жизнь добавлять не собирался.

Не отрываясь от печатной машинки, напарница окликнула меня:

– Господин Остроумов, и что это вы делаете?

– Ты сама видишь. Собираюсь в Белое село.

– Один?

– Один, – с вызовом ответил я.

– Господин Остроумов, то есть я верно поняла, что вы, имперский сыщик, собрались в одиночку поехать на встречу с незнакомыми вам революционерами. Еще раз повторяю – в одиночку. Вам не кажется, что в ваших планах допущена логическая ошибка? Я даже могу указать где. Хотите?

– Все будет нормально. Я доверяю Ирине. Она хорошая девушка.