Онлайн книга «След механической обезьяны»
|
– В любом случае мы должны разобраться, за этим я, собственно, и приехал в Берлин. И чтобы понапрасну не тратить ваше и мое время, я задам вам несколько вопросов, если позволите… – Задавайте, конечно же, задавайте! – Казалось, Краузе был счастлив возможностью ответить на вопросы гостя из России. – Скажу вам честно, я в этом деле самый заинтересованный человек. При любом исходе. Если вы скажете, что наша игрушка здесь ни при чем, я буду рад. А если скажете, что убийство произошло в результате какой-то неисправности механизма, я буду вам благодарен… – За что? – Как вам это сформулировать, чтобы не показаться бестактным… – Да полноте вам, господин Краузе! – Ну, хорошо, слушайте. Если дело в игрушке, то это просто замечательно, что мы сможем в этом разобраться до того, пока не случится очередная трагедия. Я уважаю всех людей, в том числе и безвременно ушедшего от нас господина Протасова, который оказал нам честь и купил игрушку. Однако господин Протасов – это господин Протасов… – Краузе замолчал, смутился, румянцем залились пухлые щеки. – А если бы игрушку купили для кронпринца? Я надеюсь, вы меня понимаете? Я не хочу… – Я вас понимаю! – оборвал немца Фома Фомич. – Смерть – это всегда неприятно, однако я рад, что это произошло в России, а не здесь, у нас! Пусть мои слова покажутся вам циничными, но такова правда. Нельзя сказать, что фон Шпинне был удивлен такими словами. Нет! Господин Краузе, по представлениям начальника сыскной, вел себя нормально для человека, думающего, в том числе, и о собственной безопасности. К тому же владельцу «Детских радостей» нужно было отдать должное, он сказал это вслух. – Итак, какие вопросы вы хотели мне задать? – Прежде всего, какие пружины стоят в механизме, который двигает обезьяну? – Что вы точно хотите знать? – Взгляд Краузе мгновенно изменился. Хозяин игрушечной фабрики уже не выглядел напуганным бюргером, он выглядел как профессионал. – Силы этих пружин хватит, чтобы задушить взрослого человека? – Нет! – тут же ответил Краузе. – И скажу вам честно, я даже не могу себе представить такие пружины… – Значит, не хватит? – Нет, нет, и говорить не о чем! – Господин Протасов накануне своей смерти рассказывал, что просил ваших мастеров усовершенствовать механизм. Вы можете пояснить, что это были за усовершенствования? – Впервые слышу. – Лицо Краузе на этот раз приобрело жесткое выражение, точно у мужа, которому сообщили об измене жены. – Мы, насколько мне известно, продали ему обычную игрушку, без каких бы то ни было усовершенствований. – А речь? Вы ведь научили обезьяну говорить по-русски? – Да, но это входит в цену игрушки, и это единственное, что мы дополнительно делаем. – И все-таки, господин Краузе, я понимаю, вы в курсе всего, что происходит на вашей уважаемой фирме, но, может быть, кто-то без вашего ведома что-то сделал с обезьяной, которую вы продали Протасову? – Не знаю, не знаю… – Немец задумался, глаза сузились, щеки продолжали гореть пунцовым цветом. – Я надеюсь, этого не было, но допускаю. Ведь человек, и это всем известно, слаб. А господин Протасов и подобные ему никогда не просят просто так, они всегда катят перед собой золотую монету. Это кого угодно может свести с ума… – Мне забавно слушать ваши рассуждения, однако это совсем не проясняет сути дела… |