Онлайн книга «Кроваво-красные бисквиты»
|
– Что, прямо так и побежал? – Прямо так и побежал, а местами даже через могилы перепрыгивал, ну, там, где оградок нету. Вот как бежал. Я сам, глядя на это, испугался. Никогда не боялся, почитай что с малолетства возле покойников, привык. Думал, что и нету во мне страха этого, ан нет – есть! Как посмотрел на него, так у самого мороз по коже и дыхание перехватило. – И что же его так испугало? – Да, видать, могила его испугала. Крест новый. Больше нечему. Ведь он как увидел ее, так сразу и слетела с него вся скоморошина. – А пойдем, Савелий, сядем где-нибудь. Вон я вижу лавочка в тени. Пойдем сядем, да я тебя кое о чем расспрошу, если ты не против, конечно! – Не против, да и что мне делать, кроме того, как за порядком следить да вот людям, таким, как вы, помогать. Фома Фомич вместе со сторожем пошли в сторону садовой скамейки, которая стояла под раскидистой шелковицей. Кочкин решил заняться практической деятельностью – осмотреть кладбище, что-то негромко сказал начальнику сыскной и куда-то исчез. Фон Шпинне всегда восхищался этой способностью своего чиновника особых поручений с легкостью ориентироваться в любом незнакомом месте. Там, где другой человек закружится и заплутает, Кочкин всегда находил дорогу. Было у него какое-то неестественное чутье. – Прежде чем мы с тобой продолжим, – доверительно заговорил фон Шпинне после того, как они со сторожем уселись на скамейку, – скажу тебе, Савелий, без лукавства, кто мы такие. Мы полицейские из губернии. У нас там помер городской голова, и мы ищем наследников. По слухам, кто-то из его родни живет здесь, у вас… – А фамилия-то у головы как была? – Скворчанский! – Так ведь это тот, кто на кладбище приходил! – воскликнул сторож. – А ты откуда знаешь его фамилию? – Он так назвался. Но он живой был… – До того, как умрут, все живые! – философски заметил начальник сыскной. – Вот и Скворчанский, когда сюда приходил, живой был, а потом помер. Да если честно сказать, не своей смертью помер… – Это как же? – Убили его! – О, горе-то какое! – Я у тебя, Савелий, вот что спросить хотел. Мы тут в гостинице у Стратониды Ивановны остановились, так вот она нам поведала, что будто бы были такие случаи у вас в городе, когда людей живыми хоронили. Вот я и подумал, кому это может быть известно, как не кладбищенскому сторожу. Ну так что, были случаи, или врет Савельева? – Нет, не врет. Были такие случаи, вернее случай. Один раз это было, и не на нашем кладбище. Купца Махоркина живым похоронили, в каком-то беспамятстве он был, опоили его, что ли. Точно сказать не могу. Вот, значит, похоронили его, а он, уже будучи в могиле, пришел в себя. И как только ему удалось выбраться наружу? Вот как было! – А на вашем кладбище, значит, подобного не случалось? – Нет, на нашем не было такого, я бы знал. Уж больше пяти десятков лет я тут служу, и ничего похожего! – А может быть, странности какие-нибудь случались… – с ленцой в голосе проговорил фон Шпинне. – Странности случались, в кладбищенском деле без странностей не обходится. Покойники, они ведь разные: одни спокойные, а другие озорные… Чтобы сторож не нырнул в мистические фантазии, фон Шпинне решил несколько сменить тему. – Стало быть, ты, Савелий, больше пятидесяти лет тут покойников сторожишь. Это сколько мимо тебя похорон-то прошло, наверное, не счесть? |