Онлайн книга «Кроваво-красные бисквиты»
|
– Что с вами? – спросил Фома Фомич. – Да сама не знаю, привязались на старости лет хвори какие-то, а отвадить не могу никак. Вот и случается, вы уж меня извините… – Да за что? Вы в том невиноваты, это все годы ваши. Вы помните, о чем мы с вами говорили? – начальник сыскной сразу после обретения знахаркой чувства реальности постарался вернуть ее к прежнему разговору. – Нет, ничего не помню. У меня после этого всю память напрочь отшибает, но вы мне напомните… – Да не стоит. Вы нам вот что скажите, уважаемая Манефа, где тут у вас находится деревня Шаповалово? Знаете, где? – Знаю! – кивнула старуха и подробно объяснила сыщикам, как в эту деревню попасть. После чего они простились с ней и ушли, а старуха, обессиленная после случившегося с ней припадка, продолжала сидеть на лавке. – Калитку только на запор заложите! – крикнула она вслед сыщикам. – Непременно! – бросил Кочкин, не оборачиваясь. Глава 34 Деревня Шаповалово – Ну что, я так понимаю, путь наш лежит дальше, вглубь России, мы едем в деревню Шаповалово. Кстати, я не могу припомнить, что это за деревня такая? Вроде где-то слышал, а где, забыл… – проговорил Кочкин, начав, как у него нередко случалось, с утверждения и закончив вопросом. – Ты забыл про деревню Шаповалово? – Забыл! Но вы мне наверняка напомните… – Нет, я тебе напоминать не стану, давай сам мозги напрягай, иначе разучишься ими пользоваться. У фон Шпинне была одна неприятная, по мнению Кочкина, привычка – требовать от своего чиновника особых поручений, чтобы тот непременно старался самостоятельно думать. На что Меркурий Фролыч всегда очень болезненно реагировал, полагая, что тратить на это время не стоит. Зачем вспоминать про деревню Шаповалово, когда о ней помнит Фома Фомич? Ну это просто глупо! – Деревня Шаповалово, Шаповалово, Шаповалово… – забубнил себе под нос Кочкин, и это продолжалось до самой гостиницы, в которую они возвращались. Бубнил это чиновник особых поручений не случайно, он хотел вызвать у фон Шпинне недовольство, чтобы тот, устав от скуления, наконец махнул рукой и сказал, что это за деревня. Однако Фома Фомич точно и не слышал Кочкина. Шел рядом с ним, думал о чем-то своем, временами резко останавливался, смотрел по сторонам. Кочкин тоже останавливался. После чего они шли дальше. – Ну что, вспомнил деревню Шаповалово? – спросил барон, когда они поднимались по ступеням мамыкинской гостиницы. – Вспомнил! – мотнул головой тот. – А я думаю, что ты и не забывал про нее. – Да в том-то и дело, что забыл! Вот как ножом отрезало, но теперь вспомнил. – Ну говори! – начальник сыскной взялся за ручку гостиничной двери, но не для того, чтобы открыть, а чтобы воспрепятствовать Кочкину войти внутрь. – Это деревня, из которой в Сорокопут приехали купцы Прудниковы. Это их родная деревня. Скажу больше, вы там рассчитывали найти тех, кто воспитывал сына Глафиры. – А ты думаешь, мы там никого не найдем? – открывая дверь и пропуская Кочкина вперед, спросил Фома Фомич. – Ну, это как повезет! – с благодарственным кивком Меркурий шагнул через порог. За гостиничной стойкой стояла Акулина. – Так что же это, Раиса Протасовна еще не появилась? – спросил Кочкин. – Нет! – весело ответила та. – Скажите мне, Акулина Протасовна, а где у вас здесь можно пролетку нанять? |