Онлайн книга «Сказки города»
|
А девочка умерла на месте. Марина никак не могла забыть ее платье. На самом деле в студии было ужасно холодно, но почти со всех картин смотрело лето, и холод совсем не ощущался. Разве только чуть-чуть, потому что куртка все-таки промокла, не смотря на зонтик. Марина смотрела на картины и понимала, что в них не было чего-то самого главного. Онибыли красивы, да, но пусты, будто винные бутылки, выставленные за порог. Марина замерла напротив своей, незаконченной. На ней был дождь, даже на ней; зонтики, тот перекресток… и пустота. И невозможно было взять кисть, чтобы попытаться исправить эту пустоту, потому что ее рука все еще была рукой статуи… И ее душа тоже была немного статуей, после того, как под колесами «Фиата» умерла девочка. Марина отвернулась и вышла вон. Ветер усилился. Картина была мертвой. В больнице тоже было холодно, и здесь не было картин, чтобы отвлечься. Врач пила горячий чай и смотрела на рентген. Марина смотрела на нее и ей тоже хотелось чаю. – Еще пару недель. – Так долго? Усталая женщина пожала плечами. Она могла бы сказать что-нибудь еще, но сейчас ей самой нужна была доброта и забота, и врач промолчала. Марина шла по улице и дрожала от ветра и сырости. Рука осталась статуей, и душа осталась статуей, и сейчас, снова, мокрый асфальт, серые сумерки… Тот перекресток. Зонт рвануло из руки, он взвился в воздух и запутался в ветвях дерева, слишком высоко… Она стояла под дождем, посреди «зебры», и дождь путал ее волосы, бил по щекам, по гипсу на руке, и был соленым, проклятый дождь, и был везде, даже на картине, которая была… – Эй. Марина сидела на асфальте, сжавшись в комок, а Чужой человек молча снял тяжелый теплый дождевик и набросил ей на плечи. – А вы? Он улыбнулся и протянул ей руку. – Все будет хорошо. А она смотрела в его глаза и плакала уже по-настоящему, плакала, потому что не разглядела его сразу, в этом чужом, пустом городе, из которого ни один дождь не смоет глупость и злость, как ни старайся, и каждый здесь в себе, и ничего, ничего нет, а девочки умирают, и ты проходишь мимо, потому что поздно помогать, и все кричат, и дождь… Но завтра будет солнце. Я знаю. Ведьма – Ребята, это Моргана Вайцховски. Она разделит с нами последний семестр. Пару слов о себе, Моргана? О боги. Всегда, в любой школе есть вот такая учительница, которая даже к старшим классам относится как к младшей группе детского сада, и бодро, оптимистично и дружелюбно ставит тебя в идиотское положение. Если тебе просто не везет – ты сталкиваешься с ней в первом классе, и она остается твоей классной руководительницей на ближайшие три года. Если не везет конкретно – ты встречаешь ее где-то в середине школьной жизни, и вдруг оказывается, что она живет по соседству и прекрасно знает твою тетушку, что дает ей повод заглядывать на огонек шесть раз в неделю. А если тебя зовут Моргана Вайцховски, то эта учительница и есть твоя тетушка. Старшая сестра отца. Вот и выкручивайся, как знаешь. – Вообще, я предпочитаю Морган. – произнесла девушка. И началось. – Вайцховски… Не родственница мадам Вайцховски? – Это моя бабушка. – А-а-а… А ты тоже?.. – Тоже – что? Смотрю новости по хрустальному шару? Вряд ли. У меня есть телевизор. Над партами пролетел смешок. Ну и отлично, кажется, на этом все закончится. Тетя Катя неуверенно улыбнулась и чисто учительским жестом указала в класс: |