Онлайн книга «Визионер»
|
* * * – А вот, говорят, Петрович, ночь сегодня была самая тёмная в году. В такую злые духи и всякая нечисть по улицам разгуливают… – Ты больше бабских россказней слушай, Михалыч. Ночь как ночь. Тихо прошла. А ты ежели болтать будешь, а не мести́, Гор Горыч[63]явится и точно злым духом обернётся. Глянь, как подморозило-то. Кабы не расшиблись люди. – Ты давай ломиком-то наледь разбей, а я сейчас песка принесу. – Угу. – Дворник, которого звали Петрович, начал скалывать лёд на схватившейся за ночь луже возле входа в магазин. И откуда в Москве лужи берутся? На окраине ещё, где брусчатки нет и сплошная грязь, можно понять. Но здесь, на Тверской, в самом центре? А ишь образуются как по колдовству. Вернувшийся Михалыч поставил ящик с песком на землю, и оба дворника с помощью лопат споро раскидали его по тротуару. – Ну вот, совсем другое дело. Теперь никто не грохнется. В предрассветном сумраке и оранжевом свете уличных фонарей тёмная песчаная дорожка вдоль знаменитого магазина Елисеева заметно выделялась на фоне блестевших ото льда соседних участков. Дворники выглядели очень довольными проделанной работой. – Ну что, теперь роллеты? – Чтоб их поперёк! Всё нутро вынули уже. – Да охолонись, Петрович. Надо просто их салом смазать, чтоб не скрипели так. Или ты хочешь всю ночь тут торчать, стёкла стеречь? – Удумают тоже… Пошто такие огромные окна делать? Глазеют только все да грязными руками хватают. Хошь поглазеть – ступай внутрь и там щупай. А это ж не покупатели – шпана да голодранцы. – Это, Петрович, реклама такая. Товар лицом. Чтоб все видели, какой изобильный сортимент. – Всё одно – нам не по карману. – Крути уже давай. Дворники сняли навесные замки с обеих сторон железной роллеты и начали вращать ручки подъёмного механизма. С противным скрипом ставня поехала вверх, открывая витрину, за которой плавали в аквариумах снулые рыбины. Рядом на песке сидела восковая русалка с зелёными волосами, держа перед собой огромного камчатского краба. – Ишь, рыб показывают, – снова заворчал Петрович. – И чего на них смотреть? – Красивые, – отозвался Михалыч. – Нерка вон какая румяная. И вкусная, поди. Смотрел Михалыч при этом на восковые русалочьи прелести, едва прикрытые клешнями. Так, переговариваясь, дворники открыли ещё три витрины – с дичью, сырами и сладостями. Пятая далась тяжелее всего: на середине механизм заело. Но в итоге последняя роллета всё-таки уехала вверх, явив за собой летнюю беседку, увитую ненастоящей зеленью. Внутри, окружённая корзинами с яблоками, гранатами и тыквами, сидела барышня в голубом платье и жёлтой шляпке, с раскрытой книгой на коленях. Вид у барышни был слегка томный – как будто она только что перепробовала как минимум половину фруктов. – Ну, всё, – удовлетворённо отметил Петрович. – Ты вечером сало не забудь. Не могу этот скрип больше слушать. – Ага, – отозвался Михалыч, рассматривая барышню. – Кажись, не было её вчера. – Ну, значит, Гор Горыч приказал поставить. Пойдём уже. – Зина? – раздался вдруг сзади жуткий шёпот. Дворники обернулись. За ними стоял огромный человек с лысым черепом, кривым носом и в жёлтом пальто. Глаза у мужчины были совершенно безумные. – Святый боже! – вскрикнул Михалыч и суеверно сложил пальцы пирамидкой. – Нечисть явилась! |