Онлайн книга «Визионер»
|
– Приветствую, Дмитрий. Ко мне тоже можно без отчества. – Нечаев-старший слегка привстал с кресла и крепко пожал протянутую руку. – Хотел бы я оказаться дома, у камина, with glass of bourbon right now[55], но раз уж так сложилось… Из фразы на подзабытом английском Самарин выловил только «бурбон». Ну да, Нечаев же в Америке прожил последние несколько лет. Видимо, оттуда такой странный этикет, нетипичный гардероб и внешность. Митя уселся за свой стол и с интересом начал рассматривать визитёра. Купец первой гильдии Нечаев меньше всего походил на типичного русского купца. Худой, темноволосый, подтянутый, гладко выбритый. Одетый в чёрный кожаный плащ, он, скорее, напоминал пресловутых bootleggers[56]из голливудских кинокартин. Образ отлично дополняла дежурная белозубая улыбка и ярко-синие глаза – холодные и бесстрастные, словно незамёрзшая Москва-река. Такие поглотят без остатка, даже булькнуть не успеешь. Интересный человек. Умный. Проницательный. Опасный. «Будет угрожать, потом предлагать взятку. Или наоборот»,– подумал Митя. Вслух же произнёс: – Как вам наверняка уже известно, ваша дочь Полина сегодня была задержана в театре. – Наслышан. Восхищён и возмущён, – ответил Алексей Кириллович и закинул ногу на ногу, поправив плащ и «нечаянно» продемонстрировав край поясной кобуры. – И что же больше? – любезно поинтересовался Митя, откинувшись на спинку кресла и так же «ненамеренно» проведя рукой по сюртуку слева, где под мышкой пряталось табельное оружие. Нечаев оценил жест и понимающе улыбнулся. – Видите ли, ситуация и правда… нетривиальная. А я деловой человек. Ценю время и деньги. – Не сомневаюсь. – Но… – Нечаев поменял ноги, и кобура застенчиво скрылась за полой плаща. – Вы не были в Северо-Американских Штатах? – Не довелось. – Интересная культура. Совершенно другой менталитет. Люди совсем не берут взяток, можете себе вообразить? – Представьте себе – могу. «Приценивается,– подумал Митя. – Пробует на зуб. С краешка». – Их подход поневоле вызывает уважение. Особенно когда через годы возвращаешься домой, в родные и крепкие объятья мздоимства и подкупности. Такой контраст… Митя молча слушал. Нечаев задумчиво покачал головой и тут же подобрался, сменив тон на практичный: – К делу. Что вменяют в вину моей дочери? – Пока лишь участие в беспорядках. Сомневаюсь, что она нанесла сколь-либо серьёзные увечья мужчинам. Но вот мадам Франк, с которой ваша дочь, скажем так, убедительно побеседовала, может выдвинуть обвинения. Сейчас мадам и её муж находятся в больнице и не в состоянии делать какие-то заявления. Но, немного зная их лично, я полагаю, непременно обратятся. – Ясно. Побеседовала, значит. С телесными повреждениями? – К счастью, нет. В убытках – порванное платье и некоторое… публичное унижение. – Сколько вы намерены тут её продержать? – По закону – можем до двух суток, пока судья не определит меру наказания. Учитывая, что это её первый раз, думаю, ваша дочь отделается небольшим штрафом. Если не будет иска от мадам Франк… – Не первый, – махнул рукой нетипичный купец. – В Штатах похожая процедура, просто хотел уточнить. «А она та ещё рецидивистка», – с некоторым сочувствием к Нечаеву подумал Митя, но вслух сказал: – Международного обмена сведениями с американскими ведомствами нет, так что для наших органов правосудия ваша дочь – добропорядочная барышня, которая слегка… погорячилась. Поверьте, судья будет снисходителен. Но вы, конечно, пришлёте защитника, который может… |