Книга Визионер, страница 107 – Женя Гравис

– Голова, если честно, уже лопается от разных гипотез.

– В кинотеатр не хочешь сходить? В «Вулкане» идёт криминальная драма «Скальпированный труп».

– Уволь, Глеб, я трупами сыт по горло. Удивляюсь, что тебе на них смотреть хочется после целого дня в прозекторской.

– Да, не подумал что-то. Привык, знаешь ли. Футбол? Цирковая борьба? У Орлова сегодня Циклоп против Злодея. Обещают техничный бур[37].

– Борьба? Другое дело. Надо как-то голову прочистить.

Прочистка не сильно помогла. Месяц май прошёл для Самарина как в тумане.

«…Достоевский явственно показывает нам, на что способен пойти человек из-за отчаяния и что будет происходить с его душой после совершения тяжкого преступления…»

Соня дописала очередное предложение и задумалась. Думать сейчас, конечно, следовало о Родионе Раскольникове, но в голову упорно лез совсем другой преступник. Визионер. Какой же у него всё-таки мотив? И есть ли душа? Неужели после убийства пяти барышень у человека ещё может остаться душа?

Девушка рассеянно грызла кончик пера и предавалась размышлениям, когда вдруг поймала суровый взгляд учителя Лыткина. Преподаватель покачал седой головой и выразительно постучал ногтем по крышке часов, которые держал в руке. Гимназистки за соседними партами старательно выводили буквы. В стекло билась и жужжала одинокая муха.

Софья вздохнула и вернулась к сочинению. Экзамен по русской литературе. С этим предметом у неё никогда не было проблем. Библиотека дома большая, вся классическая проза давно прочитана и перечитана. Сочинение написать – тоже невеликое дело. Сколько их за эти годы уже написано. И Достоевского ведь сама сегодня выбрала. А вот поди ж ты – никак не удаётся собраться с мыслями.

Соня украдкой потянула из кармана овсяное печенье. Кажется, Лыткин не видит? Осторожно откусила, стараясь не хрустеть. Ура, не заметил. Сладкое подействовало, как всегда, быстро. Софья обмакнула перо в чернила и начала с новой строки: «Раскольников считал себя необыкновенным, особенным человеком, поэтому захотел проверить теорию на практике…»

– Ой, девочки, я от волнения всё перепутала. Написала, что содержатель ночлежки Коростылёв, а теперь вспомнила, что он Костылёв. Что теперь будет?

– Всё пропало! Балл точно снимут.

– Ой, ну что ты так её пугаешь? Это же совсем махонькая ошибка.

– А фамилию автора ты не перепутала? Он Горький, а не Солёный!

– А я слова забыла посчитать. Вдруг там меньше пятисот?

Соня отрешённо слушала щебетание одноклассниц в коридоре, уставившись в окно и снова задумавшись о своём. Какие же они всё-таки… несерьёзные. Переживают о какой-то ерунде. Интересно, у Визионера есть теория о собственной необыкновенности? Наверняка он тоже считает себя уникальным, как Раскольников. Гордится тем, что делает. Получает удовольствие.

Соня догрызала очередное печенье, когда почувствовала, что тон беседы за спиной изменился. Перешёл на вкрадчивый и приглушённый шёпот. Гимназистки таким тоном обычно обсуждают романтические увлечения. Ну, кто на этот раз? Артист или спортсмен?

– …и главный, говорят, у них красив как Аполлон, а глаза чёрные-пречёрные и глубокие как колодец. Он ищет себе невесту каждый месяц. А они красоты его неземной не выдерживают и умирают. В глаза посмотрят и сразу каменеют. Вот на Первомай очередная невеста испытания не выдержала.