Книга Рождество в Российской империи, страница 21 – Тимур Суворкин, Лев Брусилов, Александра Лавалье, и др.

Императрица некоторое время молча следила за танцующими парами.

– Полагаю, господин ректор сейчас рассказывает своей диве все, что узнал, чтобы не забыть. Надеюсь, что мы тоже что-то от него узнаем. Скажите, граф, у нас теперь действительно есть див, обладающий силой колдуна?

Аверин задумался на миг и тяжело вздохнул.

– Не совсем так. Но, без сомнений, он способен открывать и закрывать коридор в Пустошь. Какими еще способностями он обладает, мы не знаем. Но самое главное, мы понятия не имеем, что это вообще такое. Это не див. И не колдун. И неизвестно, на чьей он стороне.

– На нашей, Гермес Аркадьевич, не сомневайтесь. Ваш отец создал нечто невероятное, впрочем, в который уже раз. Вы знаете, я много раз думала о том, что лишить жизни такого гения – это настоящее преступление против человечества. Он не создал бы ничего, что могло причинить вред его семье или Российской империи. Не было более верного и благородного человека.

– Что ж, надеюсь, вы правы. В любом случае пока он подчиняется нам. Не желаете вина? – спросил он, видя, что мимо проносят бокалы, наполненные розовой ароматной жидкостью.

– Нет, иначе я испорчу всю конспирацию, – улыбнулась Софья. – Но вот как раз приближается господин Меньшов. Теперь здесь соберется трое непьющих. Не примут ли нас за дивов?

Меньшов действительно двигался в их сторону.

– Уф, я бы выпил кофе, – проговорил он, подходя к столику, – но его подают в курительном салоне, а там кошмарно воняет.

– Ничего. – Софья поманила рукой лакея и велела ему принести кофейный прибор. И, повернувшись, проговорила с легким, едва заметным нажимом: – Мы ждем вашего рассказа, Алексей Витальевич.

– Я расскажу все и подробно, не извольте беспокоиться. Но сначала у меня для вас, Гермес Аркадьевич, неприятное известие. Боюсь, что нам придется забрать вашего фамильяра в Академию.

– На каком основании, осмелюсь спросить?

– То, что мы наблюдали, ведь это Замена сущности? Ему место в Хранилище.

Аверин сдвинул брови.

– При всем моем уважении, Алексей Витальевич, вы заблуждаетесь. Во-первых, Замена сущности не относится к числу запретных заклятий хотя бы потому, что ее существование не доказано. А во-вторых, то, что вы видели, не Замена сущности, а совершенно новая и отдельная технология, созданная моим отцом. Эта программа лишь имитирует личность Аркадия Аверина и может комбинировать и использовать данные, заложенные в память Анонимуса.

– Надо же, а выглядело очень натурально. Я бы поклялся, что вижу перед собой именно его сиятельство, досточтимого Аркадия Аверина. Со всеми его… замашками. Он был невероятным человеком. Однако, думаю, спорить нет смысла. Мы созовем Коллегию и обследуем вашего дива. И если все так, как вы говорите, вы получите его в целости и сохранности.

– Ваше высокопревосходительство, – Софья повернулась к Меньшову и посмотрела ему прямо в глаза, – я лично присутствую на всех сеансах запуска этой программы. И, поверьте мне, нет нужды в созыве Коллегии. Потому что никакой угрозы это изобретение не представляет и, как вы могли видеть, по задумке Аркадия Аверина полностью подчиняется своему хозяину и мне. Более того, активировать его без личного участия действующего императора невозможно. И прямо сейчас я раскрываю вам важные государственные тайны, не просите большего.