Онлайн книга «Леди предбальзаковского возраста, или Убойные приключения провинциалок»
|
Кто-то недовольно ответил: – Кому сейчас легко. Кто-то тоскливо пробормотал: – Да-а, недолго тут чокнуться. Дышать мне стало совсем тяжело, и я заработала локтями и ногами, чтобы быстрее вырваться из угнетающей толпы. Затем бросилась вперёд к спасительной лестнице. Позади орал лохматый, бесчисленные жители района обегали его. Как они тут живут? Неудивительно, что с ума сходят. Нырнув в вагон поезда, я села у выхода и тупо уставилась на двух серых мигрантов, с глазами уставшими, как сама старость. Работяги. Я, в общем – то, не была против новой работы. Но почему Женя не выбрал для разговора более удачное время? Почему – вечер пятницы? Когда я уставшая как черт? Когда мне всего лишь хотелось ванной и объятий? Хорёк в моей голове взбесился не на шутку, призывая написать гребаному царю, какое он дерьмо. Я достала телефон. Дрожащими пальцами я набрала гневное сообщение, стёрла, снова набрала. – Все будет хорошо, – вдруг вполголоса сказал один из работяг. Я подняла глаза и по участливому взгляду поняла, что воодушевляющее выражение было адресовано мне. – И так все хорошо, – буркнула я, склонив голову. Краем глаза я заметила тёмные пятна на своей куртке. Вода скатывалась с торчащих из-под шапки мокрых волос, и на плечах уже образовалась приличная лужа. Глаза защипало и на телефон упала слеза. – Эй-ей, – заволновался мигрант. Он поддался вперёд и горячо заговорил: – не надо плакать. Все наладится. Парень обидел, да? Да? Клянусь тебе, он позвонит. Он поймёт, что был не прав. Мужчины все горячие, потом отходчивые. Клянусь. Я вытерла слезы. Шумно вдохнула воздух. – Ты что – Нострадамус? – А? – не понял мигрант. – Не-эт, я лучше. Я – мужчина. Я понимаю. Только сама его не зови. Если позовёшь, он поймёт, что с тобой так можно поступать. Не хорошо поступать. Тогда – все. Потеряешь. Мигрант рубанул воздух ладонью. Второй мигрант кивнул, не сводя с меня чёрных глаз. – Да, брат, да. Все правильно говоришь. Не звони ему и не пиши. Сам напишет. Поезд остановился, мигранты встали. – Все будет хорошо, – сказал на прощание добрый мужчина и оба вышли. Дома меня ждала припухшая от слез Динара, сидящая на полу. Увидев мои заплаканные глаза, Динара засмеялась. Я сбросила куртку, шапку и села напротив неё, скрестив ноги. Так мы и сидели на полу и смеялись, глядя друг на друга. Одна мокрая и лохматая. Вторая просто лохматая. – Ну, выкладывай, что случилось? – спросила я. Динара вытерла слезы. – Давай ты сначала. – Я? Окей. Я с Женей поругалась, – со смехом сказала я. – Из-за чего? – в ответ засмеялась Ди. – Потому что он возомнил себя Богом и подумал, что может решать чужие судьбы. Ха-ха-ха! – Из-за этого поругались? – удивилась подруга. Я мотнула головой и забилась в истерическом смехе. – Не, не из-за этого. Из-за того, что я не признала в нем Бога. Он огорчился и… И сказал мне катиться на все четыре стороны. А ещё он назвал меня токсичной. Динара задрала голову и заржала натурально как конь. Истерика, она такая. – Соня, ты не токсичная. – Да и фиг с ним, пусть себе не токсичную найдёт. А у тебя что случилось? Динара смолкла, взглянула на меня посерьёзневшим взглядом и выдавила: – Я изменила Вадику. – Нет! – возмутилась я. – Да. – кивнула подруга. – Понимаешь, – Динара развела руки в стороны. Взгляд её побежал по потолку, впечатался в лампочку, и свет от неё сделал глаза подруги безумными. – Это какая-то совершенно другая жизнь. Я поняла, что я, оказывается, и не жила раньше. Что я делала раньше? Я только рожала, вытирала детям сопли, стирала, убирала, готовила. Каждый день! Каждый божий день! А здесь я впервые за много лет чувствую, что живу. Чувствую, что я что-то значу, что я что-то могу сделать, понимаешь? Чувствую, что я сама себе хозяйка! И могу делать то, что захочу! А Вадик… Он же. Он же все время был чем-то занят. То он на работе, то он на игре, то ещё где-нибудь. Он ведь жил полноценной жизнью! Все это время! А я… Как меня это все задрало, ты даже представить не можешь. Каждый день – одно и то же. Каждый день. Он сам во всем виноват. Он… |