Книга Брачный сезон, страница 112 – Галина Балычева

Ай, Димка, ай да психолог. После таких слов Мишка уже не мог думать о расправе с женой. Его уличили в негостеприимстве...

— Нет. — Мишка решительно преградил нам дорогук выходу. — Не уходите, прошу вас. Никто еще меня жлобом не называл. Садитесь. — Мишка усадил нас за стол, разлил по стаканам виски, а жене велел принести чего-нибудь закусить. Лариска направилась на кухню, а я вызвалась ей помочь.

— Ты что же мужика с ума сводишь? — попеняла я ей.

Лариска взяла со стола сигареты и нервно закурила.

— Как он тут? — спросила она. — Сильно волновался?

— Не знаю, мы уезжали на несколько дней, только что вернулись.

— Ну, ладно, перемелется — мука будет, — жестко сказала Лариска.

Она достала из холодильника банку икры, масло, консервированную ветчину, маслины. Хлеба, правда, не оказалось, но вместо него нашлись крекеры. Все это мы отнесли в гостиную, где мужчины вели задушевную беседу.

— О, девчонки пришли! — обрадовался Димка. — Закусить принесли.

Лариска присела к столу и залпом выпила виски, которое ей галантно налил Димка. Так молча она и просидела весь вечер. Только курила и пила, курила и пила. Димка с Мишаней занимались в принципе тем же. Мне же эта пьяная компания уже порядком поднадоела, и я искала подходящий повод, чтобы смыться.

Ничего оригинального не придумав, я наклонилась к Лариске, чтобы сказать, что устала и хочу уйти. И тут мой нос учуял запах ее духов. Запах был необычный, на мой вкус несколько резковатый, но от этого очень запоминающийся. В мозгу как будто что-то щелкнуло, и я, забыв, что хотела сказать, выпрямилась и уставилась на стол. Возле Ларискиного стакана стояла пепельница с окурками от сигарет «Собрание» ... выкуренных наполовину.

— Вот это номер... — Я подняла глаза на Лариску и встретилась с ее злым, загнанным взглядом. — А духи у тебя запоминающиеся...

Лариска резко встала и вышла из комнаты. Димка с Мишаней, не реагируя на нас, дружно поклонялись Бахусу. Я же сидела как на иголках, не зная, что предпринять.

— Что с тобой? — Димка заметил мое ерзанье.

— Устала, спать хочу.

— Да? Ну, пойдем домой, — сразу согласился он.

— Мишаня, и тебе уже пора на боковую.

Мишка вяло протестовал, хотя готов, был уснуть прямо за столом. Мы позвали Ларису и помогли ей уложить Мишку на диван, где тот сразу же и отключился.

— Защитная реакция организма, — хохотнул Димка. — А ты, девушка, молись, чтобы утром он был таким же тихим агнцем, каким выглядит сейчас.

Пьяный агнецхрапел на диване. Мы же наконец покинули этот гостеприимный дом, и я, вцепившись в Димкин рукав, потянула его вперед.

— Что ты так несешься? — Димка пребывал в отличном расположении духа и, как ни странно, был абсолютно трезв. — Давай погуляем немного, хорошо-то как на улице.

— Сейчас я тебе такое расскажу, — затарахтела я, — что сам побежишь. В Воронцовке, то есть в Первомайском, были не кто иные, как Лариска и Мишаня.

Димка не побежал, как я ему обещала, а, напротив, даже остановился.

— Ты не бредишь ли, дорогая? Али выпила немножко много? —потрогал он мой лоб. — Поясни.

Я рассказала ему про духи и про окурки. Димка шел сначала молча, обдумывая информацию, потом сказал:

— Насчет духов ты могла ошибиться, ты же не профессиональный нюхач. А окурки... Ну, что такое окурки? Это разве доказательство или улики? К тому же в голове не укладывается, зачем Мишане с Лариской все это было нужно.