Книга Секрет австрийского штруделя, страница 81 – Анна Акимцева

– А также «Алису», Цоя, Чижа, Князя. Тебе всех перечислять?

Тон мой резко отличался о того, как мы общались за пару минут до пресловутого звонка Машеньки. Оторвавшись от дороги, Смирнов посмотрел на меня и снова съехал на обочину.

– Мы опаздываем, – предупредила я, показывая на часы.

– Никуда твой принц не денется. Уже приехал. Подождет. Я должен тебе объяснить…

– Уверяю тебе, объяснения не требуются. Никто никому не должен, – тон мой не менялся.

Димка развернулся ко мне лицом, усмехнулся, ну просто очень самодовольно.

– Маркова, а ведь ты ревнуешь, – это был не вопрос, а утверждение.

Я задохнулась от возмущения, а про себя, с удивлением поняла, что это правда. Ревную, и кого, Димку Смирнова, о котором еще сутки назад еще не думала как о мужчине. Да что же происходит-то?

– Мне это очень приятно. Но твоя ревность безосновательна. Машка – моя бывшая жена. Чего к ней ревновать-то? Просто не хотел, чтоб ты слышала, как мы ругаемся. Это неприятно.

Историю о том, как разводился Смирнов я знала от Страховой. Но мне же категорически было запрещено признаваться в этом Димке.

– Не Машка, а Машенька. И повторяю, что никого не ревную. Твои бывшие жены, настоящие и гипотетические любовницы меня не волнуют. Поедем уже. Правда, перед человеком неудобно. Он ждет.

– Мы развелись не очень красиво, полгода назад, – помолчав начал Димка. – Но у нас есть дочь, приходится общаться. И мы не всегда можем сдержать при этом эмоции. Пока не можем.

Вспоминая общение с разведенными мужчинами, я испугалась, ожидая откровения в духе психоанализа о незакрытой ране в душе, недостойном поведении бывшей. Но продолжение не последовало. Смирнов сообщил мне все, что он считал необходимым сообщить.

Димка, помедлив, вернул машину на дорогу.

Автомобиль катился в сторону трассы, мы не разговаривали, думая каждый о своем. Лично я переживала о том, что мы катастрофически опаздываем и моя пунктуальность рыдала. О чем думал Смирнов, меня совсем, ни чуть, не волновало. Но машину он вел не позволительно медленно, не превышая разрешенной скорости ни на один километр.

Посмотрев на часы, демонстративно достала косметичку, активно поправляла макияж и волосы. И духами воспользовалась. Мой телохранитель не обращал на это никакого внимания, а после духов нарочито чихнул.

К ресторану мы подъехали в половине второго, после моего второго звонка Эдеру с извинениями за опоздание, припарковавшись рядом со входом.

– Послушай меня, Маркова, – сказал Димка, прерывая чуть ли не часовое молчание, – Можешь сейчас скандал устроить и больше со мной никогда не целоваться, но….

– Что но? – я прямо таки почувствовала неладное. Он меня не пустит? Ха! Три раза Ха!

– Мы пойдем в ресторан вместе! – закончил Смирнов.

– И не надейся!

– Обещаю, что сяду у барной стойки, или через три столика от вас. Но отпустить тебя одну – не могу.

К моему удивлению вголосе Смирнова звучали просительные нотки.

– Нет, нет. Так ждешь меня в машине. С Машенькой поговоришь, без свидетелей.

– Не переживай, мы с ней все обсудили. И не переводи разговор. Повторяю, или я иду один к твоему австрийцу и напрямую спрашиваю, что ему нужно, или ты к нему идешь одна, но я сижу вдалеке, пью кофе, читаю прессу, Вам не мешаю.

Мне стало даже любопытно, а как это он сможет меня не пустить к Алексу? Закроет в машине? Вырубит ловким приемом? Как? Но посмотрев в лицо Димки, мне расхотелось проверять его способности и намерения.