Книга Берегись, дракон! Или беременные будни попаданки, страница 96 – Вернэлия Хайд

Рейн сидел рядом, его рука лежала на моей, а его улыбка была такой же тёплой, как всегда, хотя в его волосах прибавилось седины, а в глазах — мудрости, которую дают годы битв и отцовства. Он наклонился и поцеловал мой лоб, его голос был мягким, но полным любви.

— Ты как, моя воительница? — спросил он, его глаза сияли, когда он посмотрел на мой живот. — Этот малыш уже такой же непоседливый, как Лир и Эйдан?

Я хмыкнула, чувствуя, как ребёнок толкается, и закатила глаза.

— Если он будет таким же, как они, я потребую отпуск, — ответила я, но моя улыбка выдала мою радость. — Или заставлю тебя сидеть с тремя детьми, пока я отдыхаю.

Рейн рассмеялся, его смех был как музыка, и я почувствовала, как тепло разливается по груди. Неподалёку Катрин и Кайрен играли со своей дочерью, Ливией, которой исполнилось два года. Её серебристые кудряшки, унаследованные от Катрин, подпрыгивали, когда она бегала за бабочкой, а её магия уже искрила, как крошечные звёзды, окружая её, как мягкий свет. Катрин, сияющая от материнского счастья, подхватила Ливию, а Кайрен смотрел на них с такой любовью, что я невольно улыбнулась. Их свадьба три года назад была началом новой главы, и теперь их семья была такой же яркой, как их магия.

Лиара и мои родители сидели у фонтана, где мама учила Лиару новому рецепту травяного чая, а папа, как всегда, пытался рассказать императору о рыбалке, на что тот только качал головой, но слушал с терпеливой улыбкой. Крепость была полна жизни, и я чувствовала, как любовь и тепло нашей семьи прогоняют тени прошлого.

Внезапно ворота сада распахнулись с громким скрипом,и вбежал Дариан, его лицо сияло, как солнце, а глаза были полны такого восторга, что я сразу поняла — случилось что-то грандиозное. Он размахивал руками, чуть не сбив горшок с цветами, и его голос гремел, как барабан.

— Она согласилась! — закричал он, его ухмылка была шире, чем двор крепости. — Мишель сказала «да»! Я женюсь! На двадцатый раз — она наконец-то согласилась!

Лир и Эйдан тут же бросили свои деревянные мечи и подбежали к нему, их глаза сияли любопытством.

— Дядя Дариан, ты женишься? — спросил Лир, его голос был звонким, а Эйдан, всегда более серьёзный, добавил:

— Тётя Мишель теперь не будет поджигать тебе сапоги?

Рейн расхохотался, его рука сжала мою, а Катрин и Кайрен переглянулись, их губы дрогнули от сдерживаемого смеха. Лиара и мои родители подошли ближе, их глаза искрились весельем, а император поднял бровь, но его улыбка была искренней.

— Двадцатый раз? — переспросила я, стараясь звучать серьёзно, но мой голос дрожал от смеха. — Дариан, ты побил все рекорды упрямства!

Дариан гордо выпятил грудь, его глаза сияли.

— Это того стоило! — сказал он. — Я знал, что она не устоит перед моим обаянием!

В этот момент в сад вошла Мишель, её рыжие кудри подпрыгивали, а на её лице была смесь гордости и лёгкого раздражения. На её руках сидел их годовалый сын, Тэо, с такими же рыжими кудрями, как у матери, и озорными глазами, как у отца. Он тянул её за волосы, хихикая, а Мишель бросила на Дариана взгляд, полный притворной суровости.

— Не зазнавайся, — сказала она, её голос был полон сарказма. — Я согласилась только потому, что устала от твоего нытья. И ради Тэо — ему нужен отец, который не будет бегать за мной с кольцом каждую неделю.