Книга Измена как шанс на счастье, страница 2 – Ника Кобальт

И тут же замечает меня.

— Яна?

Он встаёт с кровати и растерянно замирает.

В отличие от моей сестры, он далёк от идеала.

Ему тридцать семь. Среднего роста, не красавиц с маленьким пузиком и намечающейся лысиной, которую он пытается прикрыть оставшимися волосами. Так что даже удивительно, что сестра на него позарилась. Особенно, зная её мечту удачно выйти замуж или просто найти богатого папика для содержания.

Антон же на папика никак не тянет.

У него есть небольшой бизнес. Но он не то чтобы сильно доходный. Скорее находится в процессе развития. Для этого Антон недавно продал свою однушку и вложил все деньги в бизнес. Я не возражала. Ведь моя маленькая двушка на окраине с этого года была больше не обременена ипотекой. Так что проблем с жильём у нас всё равно нет.

Да и разве в семье не принято поддерживать друг друга?

Пусть мы пока и не женаты

Но, кажется, уже и не будем.

Потому что мою поддержку Антон не оценил. Видимо, молодое упругое тело и большая грудь оказались для него гораздо важнее.

— Что ж, это даже хорошо, — говорит деловито Аня, наконец, отмерев, и тоже встаёт. — Ты ведь всё равно со дня на день собирался ей о нас рассказать, милый.

И она ласково смотрит на застывшего Антона.

Прикрытьсяона даже не пытается и видно, что совсем не стесняясь своей наготы. Хотя, если бы у меня было такое тело с фигурой а-ля песочные часы, я бы тоже не стеснялось. Но у меня таких форм нет сейчас и никогда не было в молодости.

Антон как-то неуверенно кивает и снова молчит, глядя на меня виновато.

А я неожиданно понимаю, что, скорее всего, их связь длится уже не один день и даже, возможно, не одну неделю.

И на душе становится так горько.

Называется, пришла с работы пораньше! Не в восемь или девять часов, как обычно, а всего лишь в семь.

А мы только собирались пожениться. Планировали скромную свадьбу, ведь лишних денег у нас нет. Да и в мои тридцать два года это уже не так важно. Я просто хотела наконец выйти замуж и родить детей. Ну, или хотя бы одного ребёнка. Потому я и работала столько: хотела обеспечить себе «подушку безопасности» на время декрета. Хотя бы на первые полгода.

Но теперь это уже не важно.

— Я беременна, — говорит Аня, словно подслушав мои мысли и положив руку на абсолютно плоский живот.

Видимо, не дождавшись реакции Антона, она решает взять дело в свои руки.

И это её признание окончательно добивает меня.

Сердце болезненно сжимается в груди, а я вдруг понимаю, что не могу больше находиться рядом с ними. Я разворачиваюсь и почти бегу обратно в коридор, кое-как натягиваю сапоги трясущимися руками, накидываю на плечи куртку и, подхватив с пола сумку, толкаю входную дверь.

Хотя квартира моя, но я не чувствую в себе сил ни для разговора, ни для того, чтобы выпроводить этих «голубков».

— Яна, подожди… — несётся мне в спину.

Кажется, Антон наконец-то отмер.

Но мне уже всё равно.

Я не хочу ждать лифт и потому выбираю лестницу. Я бегу быстро вниз, а по щекам текут горячие слёзы.

Наверное, права была коллега по прошлой работе, когда говорила мне, что всё нужно делать во время. Она считала, что выходить замуж и рожать нужно в молодости, до тридцати лет, а уже потом строит карьеру.

Только я-то была совсем не против выйти замуж и родить. Просто желающих что-то особо не находилось. А со временем пришло понимание, что, наверное, придётся мне всё тянуть самой. Значит нужно для начала приобрести своё жилье. Вот на него я и работала все эти годы.