Книга Измена как шанс на счастье, страница 31 – Ника Кобальт

Но все эти «если бы», к счастью для меня, не случились.

Иначе не было нас и Вари, не было бы этого прекрасного зимнего утра на участке загородного дома Влада.

Точнее, нашего загородного дома.

Влад каждый раз поправляет меня.

А я всё никак не привыкну называть то, что когда-то принадлежало только ему, нашим. Всё же он заработал на это всё сам и ещё до меня.

Хотя я была бы рада Владу и без денег.

Они, конечно, здорово упрощают жизнь.

И они очень важны.

Спорить с этим глупо.

И я соврала бы, если сказала, что всю жизнь мечтала о муже победнее. Нет. Я вообще о деньгах в этом плане не сильно думала.

Я просто люблю Влада и готова быть с ним всегда.

С любым.

И в богатстве, и в бедности.

И в болезни, а в здравии.

Мне, конечно, не хотелось бы ни бедности, ни болезни.

И больше всего именно последнего. Я бы хотела, чтобы нам удалось прожить как можно дольше вместе и увидеть не только внуков, но и правнуков.

А ведь ещё несколько лет назад я искренне верила, что у меня, возможно, и своих-то детей не будет. Что я всё упустила. Что моё время прошло.

Какая же это была глупость!

Сейчас мне становится даже смешно, когда я об этом вспоминаю.

И да, дочку я поведу в школу, когда мне будет сорок. И плевать! Да, поздновато. Да, было бы лучше выйти замуж и родить пораньше.

Но какой смысл горевать о том, что всё равно уже ушло?

Нужно жить настоящим.

— А кто это у нас тут опять гуляет почти раздетым? — слышится неожиданно рядом недовольный голос Влада.

А затем я ощутила лёгкий шлепок по попе.

Судя по тому, как он при этом хмурит брови и мечет глазами молнии, злится Влад по-настоящему. Он вообще оказался очень заботливым и любящим отцом. Он всегда готов посидеть с Варей,когда находится дома и не очень сильно уставший.

Всё-таки работает он очень много.

И он, кажется, готов скупать ей всё целыми отделами.

Правда, я старалась его ограничивать в этих порывах.

Конечно, хорошо, когда тебе не плевать на ребёнка и когда ты готов дать ему так много. Но и избавловать дочь я тоже хотела бы меньше всего.

Мой отчим был куда беднее Вадима, но Аню всё же избаловал.

С ней мы сейчас почти не общаемся. Хотя она вдруг стала сильно этого хотеть, когда узнала, за кого я выхожу замуж.

Зато я больше не хотела.

Тем более после того, как мама опять стала настаивать на том, чтобы я отдала Анечке свою двушку.

И пусть сейчас квартира была мне не нужна.

Но с какой стати я должна так делать?

Анечка молодая и здоровая, пусть работает.

Или ищет себе мужа с квартирой.

Да и я не хотела, чтобы сестра хоть как-то влияла на Варю. Мне хватало и того, что дочку усиленно баловал Влад. Так что приходится играть в доброго и злого полицейского.

И в роли последнего выступаю именно я.

Правда, Варя ещё совсем малышка. Ей скоро исполнится только два годика. Но время летит так быстро.

Я осматриваю дочку.

— Вообще-то, Варя нормально одета, — говорю я, не понимая его претензии. — Это зимний комбинезон. А сейчас вообще всего лишь минус три.

Потому что зима в этом году какая-то совсем не зимняя.

С одной стороны, морозов нет — хорошо.

Но с другой — нет и снега.

Да и постоянный гололёд не радует ни пешеходов, ни водителей.

— Варя да. А ты?

— А мне что? — Я удивлённо смотрю на него. — Я взрослая. И сейчас тепло.

Но Влада мой ответ, кажется, совсем не устраивает.

— Тебе, может быть, и тепло. А про будущего малыша ты подумала? Простынешь ведь.

— Ты уже знаешь? Но как? Я хотела сделать сюрприз, — говорю я расстроенно.

Я не стала класть тест с двумя полосками в празднично упакованную коробочку.

Всё-таки я на этот тест мочилась.

Я просто заказала небольшой тортик с надписью: «Поздравляю! Ты скоро станешь папой. Опять!»

— Случайно увидел в мусорной корзине. А теперь кыш в дом, — говорит он, расстёгивая куртку и накидывая её на меня.

Меня тут же окутывает любимый аромат мужского парфюма и становится жуть как жарко.

— А ты? — Я кошусь на него. — Простынешь ведь тоже.

— Мне можно, — говоритон, забирая у меня Варю. — Я не беременный и вряд ли им когда-нибудь буду. А то получил бы свой миллион долларов* и забыл навсегда о работе.

— Какая несправедливость, — говорю я с наигранным возмущением. — А женщине столько и за десятого не заплатят.

Впрочем, я хочу родить, как минимум, троих и вовсе не из-за денег.

Хотя миллион долларов лишним никогда не бывает.

*Имеется в виду премия Чаплина.