Книга Развод в 45. Второй шанс, страница 4 – Аврора Сазонова

Игорь обрадовался:

– Пора заводить детей. Я обеспечу семью.

Декрет. Бессонные ночи. Колики, болезни.

Он приходил поздно. Уставший. Помогал мало.

Я хотела вернуться на работу, когда дочери исполнился год.

Игорь нахмурился:

– Зачем? Я зарабатываю. Ребёнку нужна мать.

Попыталась возразить.

Он оборвал жёстко:

– Не доверяешь мне? Считаешь, что плохо содержу семью?

Я испугалась. Замолчала.

Вышла на работу уже после трехлетнего декрета. Отработала минимальный стаж для государственной службы. Вышла на мизерную, символическую, досрочную пенсию.

Игорь кивнул одобрительно:

– Правильно. Получишь пенсию. Остальное я обеспечу.

Я поверила.

На пенсии не сидела сложа руки. Продолжила быть домохозяйкой. Готовила, убирала, стирала. Экономила на всём. Меня так воспитывали, учили. Слушаться мужа, поддерживать главу семьи. Ты его тень, опора.

На себе особенно экономила. Покупала дешёвую одежду. Не ходила в салоны. Донашивала старое.

Игорь никогда не дарил украшений, платьев. Я радовалась и этому.

Последние три года секса не было вообще. Он отворачивался, ссылался на усталость.

Я думала возраст притупил желание.

А он спал с любовницей.

Встаю с кровати. Подхожу к шкафу. Открываю дверцы.

Вещи висят унылым рядом. Старые блузки, растянутые свитера, застиранные джинсы. Всё дешёвое, безликое.

Когда я последний раз покупала себе что-то новое? Год назад? Два?

Хлопаю дверцами шкафа. Разворачиваюсь.

Телефон на тумбочке звонит.

Вздрагиваю. Смотрю на экран.

Игорь.

Сердце колотится. Беру трубку.

– Да?

– Слушай внимательно, – холодно выдаёт он. – Виктория беременна. Рожает через три месяца. Мы хотим въехать в квартиру до родов. У тебя не три дня, а два. Освободи жилье к обеду послезавтра.

Молчу. Горло сжалось каким-то спазмом.

– Слышишь меня? – раздраженно переспрашивает.

– Слышу, – хрипло выдавливаю.

– Не пытайся оспаривать через суд, – продолжает равнодушно. – Документы в порядке. Юридически ты не имеешь прав ни на что. Сэкономишь время и деньги.

– Ребёнок... – голос срывается. – У тебя будет ребёнок?

– Мальчик, – коротко бросает. – То, чего ты мне не дала.

Он ударил меня в самое больное место.

Рожала Кристину двадцать три часа. Тяжёлые роды. Осложнения. Врачи предупредили, что второй ребенок подвергнет мое и так подорванное здоровье высокому риску.

Игорь тогда обнял меня:

– Ничего страшного. Главное, что Кристина здорова.

Я поверила. А он хотел сына.

– Ключи оставь у консьержки, – бросает он. – Всё.

Отключается.

Сижу с телефоном в руке.

Беременная любовница. Мальчик.

Два месяца назад на дне рождения Кристины он обнимал меня. Целовал в щёку. Говорил тост за семью.

А его женщина была на четвёртом месяце.

Он знал. Молчал. Улыбался.

Швыряю телефон в стену. Он ударяется с треском. Падает на пол. Экран трескается паутиной.

Хватаю вазу с тумбочки. Кидаю в зеркало.

Стекло взрывается. Осколки разлетаются по комнате.

Падаю на колени. Кричу. Долго. Пока голос не садится.

Сижу среди осколков. Тяжело дышу.

В дверях появляется силуэт.

Поднимаю голову.

Кристина стоит на пороге. Бледная. Глаза широко распахнуты.

– Мама? – шёпот испуганный. – Что происходит?