Книга Развод в 45. Второй шанс, страница 8 – Аврора Сазонова

Садятся в машину. Чёрный дорогой внедорожник. Новый. Я такой не видела раньше.

Машина уезжает.

Я стою у окна. Смотрю на пустой двор.

Ноги подкашиваются. Опускаюсь на пол. Спиной прижимаюсь к стене.

Обхватываю колени руками. Прижимаю к груди.

Качаюсь взад-вперёд.

Дышать тяжело. Воздух застревает в горле. Хватаю ртом. Задыхаюсь.

Слёзы текут по щекам. Горячие. Обжигающие.

Всхлипываю. Тихо сначала.

Потом громче.

Звуки вырываются из груди. Надорванные. Животные.

Рыдаю в голос. Впервые за все эти дни даю себе волю. Кричу. Выплёскиваю всю боль. Бьюсь головой о стену. Несильно. Просто чтобы почувствовать что-то кроме душевной боли. Сижу так долго. Очень долго. Пока слёзы не заканчиваются. Пока голос не садится окончательно.

Поднимаю голову. Смотрю на комнату. Моя спальня. Где я просыпалась каждое утро. Совсем скоро здесь будет спать она.

В новой кровати. Которую закажет для неё Игорь. Она будет готовить на новой, белой, глянцевой с подсветкой кухне.

Она родит ему сына, которого я не смогла дать. Она молодая. Красивая. В дорогих украшениях и одежде. А я старая. Ненужная. Выброшенная.

Встаю с пола. Шатаясь, иду в ванную. Включаю холодную воду. Смотрю в зеркало. Чужое отражение.

Выхожу из ванной. Иду на кухню. Сажусь за стол.

Беру телефон. И набираю номер подруги.

Глава 5

Алина моя лучшая подруга. Дружим с детского сада.

Набираю номер дрожащими пальцами. Телефон выскальзывает, ловлю его. Прижимаю к разгоряченному уху.

Длинные гудки терзают нервы. Один. Два. Три.

Наконец берут трубку:

– Маринка? – сонный голос Алины звучит хрипло. – Ты чего так рано?

Смотрю на часы.

– Прости, – выдавливаю сквозь сжатое горло. – Мне... помощь нужна.

Тишина. Шорох. Скрип кровати.

– Что случилось? – голос подруги резко меняется, становится встревоженным.

– Игорь уходит. Развод. Квартиру освободить надо. К завтрашнему обеду, – выпаливаю коротко. Каждое слово режет горло изнутри. – Любовница беременная. Денег дал на полгода. Всё.

Алина ахает:

– Сукин сын! Сейчас приеду. Жди. Час максимум.

Сбрасывает.

Опускаю телефон на стол. Руки трясутся мелкой дрожью.

Пишу Кристине сообщение:

“Всё хорошо, солнышко. Отдыхай. Не волнуйся. Люблю.”

Отправляю. Блокирую экран.

Иду в спальню. Открываю шкаф. Достаю старые потёртые сумки. Начинаю складывать одежду.

Резкий звонок в дверь заставляет вздрогнуть. Смотрю в глазок. Мне совсем не хочется снова пересекаться с этой сладкой палочкой твикс.

На площадке стоит все еще заспанная Алина. Растрепанные рыжие волосы торчат во все стороны. Огромная сумка через плечо. Веснушчатое, знакомое с детства лицо без косметики все равно выглядит как с обложки журнала.

Открываю дверь. Подруга влетает внутрь. Обнимает меня так крепко, что больно сдавливает ребра. Резкий цветочный аромат её духов ударяет в ноздри.

– Сволочь, – шипит она мне в плечо. – Мерзавец конченый.

Отстраняется. Смотрит в глаза. Её карие глаза горят яростью.

– Рассказывай. Быстро.

Веду на кухню. Усаживаю за стол. Сама остаюсь стоять, хотя кажется, что ноги уже не держат.

– Вчера вечером сказал. После дня рождения Кристины. Гости разошлись, объявил о разводе. Холодно так. Деловито. Любовница Виктория. Беременна. Рожает через три месяца. Мальчик, – слова выскакивают рваными фразами. Дыхание сбивается. – Квартира не моя юридически. На подставных лиц оформлена. Машины на фирму. Бизнес на партнёров. Конверт с деньгами бросил на полгода. Всё.