Книга Сумрачный ворон, страница 63 – Александра Дегтярь

— Вынужден сообщить вам, ваша светлость, что у меня есть основания подозревать вашу причастность к гибели вашего супруга.

— Вот как? — удивилась я, но даже бровьюне повела.

— После смерти его светлости вы становитесь единственной наследницей, — проговорил констебль.

— Вы ознакомились с завещанием? — уточнила я.

— Нет, леди Елена, — он стряхнул с рукава несуществующую соринку.

— Тогда откуда такая уверенность? Мы уже обсуждали это вчера. В случае смерти супруга я остаюсь ни с чем. — Внимательно вглядевшись в его бегающие глаза, я догадалась: — Позвольте уточнить, уж не леди ли Артемиса сообщила вам об этом?

То, как он дернулся, подтвердило мою догадку.

— А не сообщила ли вам эта достопочтенная леди, что на протяжении многих лет являлась любовницей моего безвременно почившего супруга, и в последнее время мой супруг, как бы это сказать, охладел к ней? — Я солгала, нисколько не мучаясь угрызениями совести. Раз эта гадина решила меня очернить, то почему я должна молчать?

Отметила, что для мистера Дэвиса это стало новостью.

— Уж не знаю, что еще поведала вам моя родственница, но при жизни герцога она находилась на его полном пансионе, и ей тоже была не выгодна его кончина, — сыграла я на опережение, показывая, что ни в чем не подозреваю родственницу.

— Вот видите, вы сами только что подтвердили, ваша светлость, что было место ревности, — констебль чуть подался вперед.

— Всего-то? — я вскинула бровь, понимая, что если б у констебля действительно были против меня улики, то беседовали бы мы отнюдь не в моем кабинете. — Тогда и граф Вагаро попадает под подозрения, если следовать вашей логике. Ему очень не нравился адюльтер его матушки с моим мужем. А мне, если честно, наплевать и на Маркуса, и на его любовниц, — безразлично произнесла я.

— О чем здесь речь? — В дверях кабинета стоял застывший в гневе граф. Похоже, у него вошло в привычку врываться без стука. Без сомнения он слышал мои слова.

"Помяни беса, как он тут же объявится," — подумала я с досадой.

— Я сегодня попрошу поверенного составить документ, по которому отказываюсь от титула в вашу пользу, друг мой. — Вне зависимости от завещания моего супруга, — сладким голосом пропела я, обращаясь к Алексу.

— Давайте не будем торопить события, — промолвил родственничек.

Ух как глазоньки-то его заблестели! Заблестели глазоньки. Впервые в мертвых глазах графа мелькнула жизнь.

— Если вам больше нечего добавить, мистер Дэвис, — я напустилана себя оскорбленную невинность, — то позволю себе считать этот разговор оконченным. Впредь наше общение возможно лишь в присутствии моего отца. К тому же, не стоит забывать о главном королевском дознавателе, прибывшем в поместье для расследования кончины моего супруга.

Констебль слегка побледнел.

Интересно, по чьему приказу он так рвет задницу? Кто дергает его за ниточки? Граф? Графиня? Или за этим стоят интересы неких третьих лиц?

Констебль поспешно удалился из кабинета, а дражайший родственничек вальяжно опустился в кресло.

— Уйди, — прошипела я, едва сдерживая ярость.

— Что такое, моя дорогая? — он невинно захлопал ресницами.

— Скорей бы похороны, и я навсегда избавлюсь от вашей семейки, — устало проговорила я. — Вы даже не представляете, дорогой братец, как я устала. — он поморщился, услышав акцент на "дорогой братец".