Книга Сумрачный ворон, страница 66 – Александра Дегтярь

— Что за игры вы ведете, дорогой кузен? — вопросом на вопрос отозвалась я.

— А ты не можешь допустить мысль, что просто нравишься мне? — Он галантно предложил мне свой локоть.

Я поднялась, проигнорировав его жест, и сделала несколько шагов в направлении особняка, подавив трусливое желание бежать прочь. Граф нагнал меня и зашагал рядом.

— Не думаю, что вам стоит питать надежды в отношении меня, — все же решила нарушить тишину я. — Видите ли, граф, я буду откровенна, — продолжила ровным тоном, — к вам я не испытываю неприязни, но при жизни моего супруга я вдоволь натерпелась издевательствсо стороны вашей матушки. Поэтому прошу меня извинить, но я не желаю иметь ничего общего с вашим семейством.

Граф шел рядом, погруженный в молчание. От него исходила скрытая угроза, ощутимая даже на расстоянии.

Выдержав его нежелательное общество до самой гостиной, я, сославшись на неотложные дела, собралась удалиться в кабинет Маркуса, когда дворецкий объявил об обеде.

Изменив направление, я направилась в малую гостиную и заняла место покойного супруга. Вскоре появился отец Елены в сопровождении старой профурсетки, леди Артемисы, за ними неспешно следовал граф, и когда все расселись по своим местам, в столовую вошел Дан.

— Прошу прощения за опоздание, господа. — извинился он перед присутствующими.

— Вы ничуть не опоздали, дорогой маркиз, — кокетливо улыбнулась ему тетка Маркуса.

Я подала знак лакеям начать прислуживать за столом. Все время, пока длился обед, родственница осыпала меня взглядами, полными пытливого любопытства. Я хранила ледяное молчание, ни единым словом, не обмолвившись о змее. Пусть помучается в неведении, терзаемая догадками. Когда все насытились и перешли к напиткам, леди Артемиса прервала молчание.

— Что вы думаете о внезапной кончине моего племянника? — обратилась она к Дану, изящно поднося кружевной платочек к уголкам глаз.

— Однозначно, это убийство, леди Артемиса, — ответил Ворон.

— На почве страсти? — не унималась родственница.

— Отнюдь, — возразил Дан, — полагаю, здесь замешаны какие-то давние счеты.

Беседа не складывалась. Даже нейтральные темы не вызывали интереса. Закончив обед, я, извинившись, поспешила в кабинет муженька.

Сидя за столом Маркуса, устало потерла переносицу. Несколько раз дернув за шнурок, вызвала лакея. Когда тот, вежливо постучавшись, вошел, она произнесла с едва заметной усталостью в голосе:

— Передайте мистеру Тревье, что я буду ожидать его в своем кабинете в пять часов после полудня.

Заученно кивнув, лакей бесшумно удалился.

Я откинулась на спинку кресла и, потерев переносицу, принялась бесцельно разглядывать противоположную стену. Дорогие картины в тяжелых рамах изображали сцены летней охоты. Однако, взгляд зацепился за полотно, висевшее у окна. Едва уловимый наклон выдавал себя лишь в лучах полуденного солнца.

Встав из-за стола, подошла к картине, намереваясь поправитьее. Попытка оказалась тщетной. Любопытство одержало верх, и я решилась снять картину со стены. Каково же было мое удивление, когда за ней обнаружился небольшой сейф. Замок казался простым. Выудив шпильку из прически, ловко принялась ковыряться в нем, стараясь не повредить механизм. Едва слышный щелчок — и дверца поддалась.

В сейфе покоились тугие пачки банкнот крупного номинала. Рядом примостились четыре увесистых мешочка с золотыми монетами, каждый размером с мою ладонь — тяжелая поступь финансовой независимости.