Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 720 – Юлия Фирсанова

«Точно наклюкался», – решила я, когда мелкий завопил:

– Да будет всем счастье! – и обдал всех очередной порцией пыльцы.

В носу запершило, со смехом сильфа смешался смех богов, почему-то внимание приковали расширившиеся в веселом удивлении глаза Киза, я чихнула и плюхнулась на что-то совсем непохожее на застеленный деревянный помост дворцовой площади.

Мне на колени шлепнулась обмякшая тушка мирно заснувшего на лету сильфа. Набедокурил и отрубился!

Зад побаливал. Все-таки я хлопнулась на него не иначе как с полуметра высоты, а соломки, не говоря уже о матрасе, подстелить никто не позаботился. Хорошо еще равновесие не было потеряно окончательно, и приложиться затылком о камни мне не дали. Под спину заботливо поддержали сильные руки Гиза. Беглый ласковый поцелуй в висок, и он вскочил на ноги, обшаривая местность взглядом. Внешне – расслабленный зевака, внутри – взведенная пружина, воин, готовый к смертельной битве.

Но никто нападать (во всяком случае, нападать здесь и сейчас) не рвался. Было почти тихо. По обеим сторонам площадки приземления раскинулся роскошно цветущий сад. Веяло тонким ароматом, близким к запаху вишни, потренькивали птички, ничуть не смущенные нашим явлением.

На ощупь и на вид гладкие плиты очень походили на гранит. Почему-то голубого оттенка с синими и розовыми прожилками, красивыми, как морозный узор на окне. Площадка оборачиваться ямой-ловушкой не спешила. Сильф-алкоголик или наркоман (напился он нектара или накушался тонизирующей пыльцы, еще надо выяснить) дрых без задних ног. Еще и губками стал причмокивать да лопотать что-то насчет трюфелей и меда. Стало быть, сны видел гастрономические. Готова ручаться, у буяна-обжорки даже похмелья не будет.

Да уж, говорили на уроках ОБЖ в школе, что употребление незнакомой пищи и напитков, особенно в неумеренных количествах, опасно для здоровья. Правило оказалось действенным и в другом мире, только после слов «опасно для здоровья» стоило, внося ясность, добавить «окружающих». Насильфячил Фаль своей волшебной пыльцой неизвестно что, а нам теперь расхлебывать, да еще и Киза в самый разгар ответственного мероприятия бросили.

«Что-то слишком часто стал мой маленький друг распыляться», – взирая на мерно дышащую тушку сильфа, мельком задумалась я над феноменом его активности, и тут меня осенило.

Сильфы овладевают исконной магией волшебной пыльцы не столько по мере взросления, сколько накапливая энергию для магических преобразований. От хорошей кормежки, скажем, наш дружок раненько обрел первую возможность стряхнуть пыльцу. А в последнее время Фаля не только усиленно питали всякими деликатесами, но и перекидывали из одной энергонасыщенной среды в другую. Чего стоят ары королей и плато, а теперь еще и пронизанные божественной силой цветы, нектаром с которых малютка попировал на славу! Вот и приобщился к взрослому могуществу, которое сейчас кружило головенку посильнее любого вина. А ведь ничего с этим не поделаешь! Можно только дать Фалю перебеситься и прийти в себя. Принуждать сильфа к чему-либо без угрозы травмировать психику невозможно, да и не хочу я обижать друга. По большому счету он не сделал ничего плохого!