Онлайн книга «Во имя Абартона»
|
Пугало то, до какой степени Реджинальд свыкся со своим положением. Он начал даже находитьв нем приятные, положительные стороны. Он перестал бояться. Но, если губительные последствия «Грез» не ощущаются, это вовсе не означает, что их нет вовсе. В конце концов, сами пострадавшие оставили слишком мало свидетельств, и полагаться приходится на сторонних наблюдателей. Нужно описать все свои ощущения, подумал Реджинальд. Когда-нибудь потом. Он полежал еще с полчаса, потом решительно поднялся — даже слишком решительно, от резкого движения закружилась голова — и спустился вниз, цепляясь за перила обеими руками. Кажется, на то, чтобы миновать лестницу, потребовалось еще полчаса. — Куда это ты собрался? — Мэб выглянула из кухни, удивительно домашняя, в фартуке, вся перепачканная в муке, и окинула его сумрачным взглядом. — Антидот. Мэб закусила губу, рассматривая его внимательно, а потом покачала головой. — Возвращайся в постель. Это подождет. Конечно, подождет. Будь на то воля Реджинальда, и это бы никогда не закончилось. Но именно поэтому с «Грезами» надо покончить немедленно, пока они не стали слишком заманчивы. Пока не стали проявляться иные опасные признаки — близкой ли гибели или сумасшествия. Сейчас, когда чары вроде бы притихли. — Давай уже покончим с этим, Мэб, — мягко попросил Реджинальд. — Глупо тянуть. — Льюис меня убьет… — пробормотала Мэб. — Не дотянется, — хмыкнул Реджинальд. — Послушай, дело почти сделано. Пять минут, и… мы будем совершенно свободны друг от друга. Еще один взгляд, долгий, внимательный, от которого мурашки бегут по коже. А потом Мэб кивнула и посторонилась, пропуская его на кухню. Стол был засыпан мукой, пахло творогом и ванилью. — Я решила испечь сырники, — спокойно пояснила Мэб, возвращаясь к готовке. Движения ее были быстрыми, точными, довольно скупыми. Нельзя было не залюбоваться тем, как ловко действуют ее руки. Реджинальд отвернулся. После краткой проверки он окончательно убедился, что антидот полностью готов и — надлежащего качества. Следовало бы, конечно, провести несколько лабораторных исследований, но на это времени не было. Да и как их проведешь, если единственные подопытные — они с Мэб. Реджинальд потер переносицу, собираясь с мыслями. Сейчас — или никогда. И «никогда» это очень плохой вариант. Вооружившись пинцетом, он вытащил аметист, обтер его салфеткой и положил на блюдце.Надо потом вернуть в оправу. Само зелье Реджинальд процедил через несколько слоев фильтровальной бумаги и разлил в три рюмки. Изучил на просвет. Под действием воздуха оно на мгновение окрасилось в рубиново-красный — это означало, что все процессы завершились благополучно — а затем стало тускнеть, светлеть, пока не сделалось прозрачным, как вода. Содержимое одной из рюмок Реджинальд перелил в пузырек, надписал этикетку после чего зачаровал ее. Не хватало еще, чтобы среди его вещей обнаружился антидот к «Грезам спящей красавицы», это породит ненужные вопросы. Подняв оставшиеся рюмки, Реджинальд обернулся. Мэб, давно оставившая готовку, смотрела на него не мигая. Бесконечно красивая. Уже бесконечно далекая. Щеки и концы волос ее были присыпаны мукой, хотелось подойти, стряхнуть ее, провести пальцами по гладкой коже, по бледным сухим губам. Увлажнить их поцелуем. Хотелось, отбросив все ненужные, лишние мысли, целовать и целовать ее, а потом подняться в спальню и… |