Книга Зеркало королевы Мирабель, страница 194 – Дарья Иорданская

— Конечно, — невозмутимо кивнул Фламэ. — От обязанностей перед Озерным краем я могу убегать до скончания времен. Съезжу к графине Кэр, а ну как она действительно замуж собралась. А потом по побережью — в Куриту.

— Мы в Усмахт. Там есть место богослова в университете Рашле. Да и медики не будут возражать против женщины в своих рядах, — ухмыльнулась Фрида. — Джинджер?

— Это ритуал? — мрачно спросила юная ведьма. Она дорого дала бы сейчас за шанс поговорить с Фламэ наедине, но… — Я еду на Перрин.

— Перрин? — Фрида не сдержала изумления. — Это далеко.

— Неделя до Архипелага, — педантично уточнил ГэльСиньяк. — И еще три-четыре открытым морем.

— И что ты забыла на Перрине? — поинтересовался Фламэ.

Джинджер пожала плечами. Объяснять, что незнакомка по имени Крендра дала ей купленный на Перрине браслет не хотелось. Это было глупо и странно. Потому что уверенность в правильности выбранного пути другим не передашь.

— Так, — ответила девушка. — Так надо.

— Ага, — глубокомысленно кивнул Фламэ. — Трактирщик, наполни нам фляги вином в дорогу.

* * *

Темнело, но оставаться в трактире на ночь друзья отказались. ГэльСиньяк опасался появления кого-тоиз свиты кардинала Венкорта. Да и погода была отменная, и не хотелось ждать, когда она опять испортится. Собрав седельные сумки, Ноэль пошел на конюшню. Фрида чуть замешкалась, но вскоре вышла во двор.

— Я провожу вас, — Фламэ поднялся с лавки, оставив на столе горсть монет.

Джинджер осталась одна. Как и должно быть. Потому что ведьме не нужны спутники. Одна, и холодность Фламэ о многом ей сказала. Джинджер потянулась за кувшином с вином. Кольцо Артемизии сверкнуло в свете лампы. Ведьма надела его сегодня утром, боясь потерять, да так и позабыла. Перстень казался ей — игра зрения — необычайно ярким и тяжелым. Девушка вскочила на ноги.

— Фламэ!

Гитара приторочена к седлу, он наверняка уже уехал. И глупая девчонка в самом деле осталась одна.

Джинджер, на ходу застегивая плащ, выскочила на крыльцо. Фламэ стоял у летней коновязи, наполовину занесенной снегом, держа под уздцы двух лошадей. Чуть дальше, на самом тракте переминались с ноги на ногу лошади имперцев. Джинджер облизнула губы.

— Перрин? — Фламэ посмотрел на нее, щурясь из-за неяркого закатного солнца.

— Д-да.

— Это далеко. Полторы недели по суше и еще по меньшей мере три — морем. И передохнуть удастся, только если в Гномьих горах, в обители Стэрмауса.

— Н-наверное… — пробормотала Джинджер. — Не знаю. Я никогда не бывала в той части континента.

— Я так и подумал, — улыбнулся Фламэ, беря ее за руку. — Давай в седло, госпожа моя.

Джинджер сжала его пальцы и улыбнулась.

— Кстати, у перринцев занятный говор, — невозмутимо продолжил Фламэ, подсаживая ее в седло. — У меня здравое предложение: давай хоть до марта отсидимся у графини Брианны, а?

— Хорошо, — кивнула Джинджер и нехотя выпустила его пальцы.

Фламэ вскочил в седло и пришпорил коня, с тем, чтобы присоединиться к имперцам, удерживающим нетерпеливых лошадей.

— Мы решили тоже навестить графиню и ее шута, — улыбнулся ГэльСиньяк. — Не возражаете, госпожа Элиза? А потом мы можем проводить вас до Всехсвятского монастыря. Его светлость барон и отец Илиас с радостью примут нас.

Джинджер посмотрела на горизонт. Солнце зашло, рассыпая золотистые искры. Это обещало назавтра хорошую погоду, а также свободную дорогу до самого графства Кэр. Джинджер взяла поводья.