Книга Зеркало королевы Мирабель, страница 131 – Дарья Иорданская

Миска с лепешками и пряным мясом была со стуком поставлена на стол. ГэльСиньяк сел на лавку, наколол кусок солонины на вилку (где они только сыскались) и внимательно изучил карту. Потом посмотрел укоризненно на Фламэ.

— Ешьте. Вы неважно выглядите.

— Снова пытаетесь быть мне другом, мэтр?

ГэльСиньяк покачал головой.

— Паршивый из меня будет друг, мастер Фламиан. Но я по привычке пытаюсь всякому встречному стать духовником. Жалкое зрелище, верно? — имперец слабо улыбнулся. — Духовник из меня еще хуже. Когда-то я состоял в этом качестве при Хольгриме и ходил на еженедельные исповеди к их высочествам. Принц Уильям… Вот, кто действительно виртуозно навязывал свою дружбу, не прося разрешения.

— Что с ними сталось? — спросил Фламэ. — С принцами?

— Умерли, — коротко ответил ГэльСиньяк и тотчас же сменил тему. — Что вы думаете об этих дорогах?

* * *

Сидя на краю стола, Джинджер то и делобросала взгляды на склонившихся над картами мужчин. Она пыталась смотреть прямо перед собой — на мясо, на вино, на крупные руки Бенжамина, ломающие лепешку, но глаза все равно возвращались к Адмару. Молодая ведьма сжала кулаки, вонзила ногти в ладони, но отрезвления это не принесло. Она по-прежнему смотрела на Адмара. Он, конечно же, не глянул в ответ.

— К озеру пойдем мы с тобой, сестрица, — сказала Фрида самым ровным и безразличным тоном. Словно речь шла о приятной пешей прогулке.

— Что?!

— Я все обдумала. Так нужно.

Джинджер окончательно развернулась к старшей ведьме, позабыв совсем про Адмара, который обычно не выходил у нее из головы. Фрида едва заметно улыбнулась.

— Сестра?

— В Аннуэрскую пещеру ходил мастер Фламэ, — пояснила травница. — Кинжал позаимствовала ты.

«Позаимствовала», это была чудная осторожная фраза.

— Значит, исходя из логики, к озеру должна идти я, — улыбка Фриды стала шире.

— Из какой именно логики мы исходим? — едко поинтересовался Ноэль. — Это какая-то специфическая ведьминская логика.

— Да, — согласилась Джинджер. — И при чем здесь я?

— Одна ведьма — хорошо, а две — лучше, — хмыкнула Фрида. — Лучше нам пойти вдвоем. Следует кое-что проверить.

— Что? — спросила Джинджер, испытывая странное предвкушение.

Имперская ведьма нагнулась к самому ее уху и шепнула:

— Разве ты не хочешь узнать пределы своих возможностей, дорогая сестрица?

Джинджер подняла глаза на причудливый танец пылинок в цветных лучах. Вот они синие, вот красные, а затем становятся золотистыми, чтобы скрыться в полумраке. Знак. Молодая ведьма осторожно прикоснулась пальцами к своему запястью, ловя мерные удары пульса; улавливая знаки судьбы и свои собственные желания. По всему выходило, что Фрида права. И в своем предположении, что именно она должна идти к озеру, и в том, что Джинджер должна сопровождать ее. Но когда это случилось? Когда юная предсказательница умудрилась настолько глубоко погрузиться в чужие дела и даже принять их близко к сердцу? Где ее ведьминская гордость, при учете, конечно, что таковая вообще существует?

— Я права, госпожа Элиза? — тоном настоящего провокатора поинтересовалась Фрида.

Наверное, попав в руки имперских дознавателей, ведьма доводила их до исступления этим тоном и своим замечательным сарказмом.Впрочем, это был не повод для шуток.

— Вы правы, госпожа Фрида, — тяжело вздохнула Джинджер. — Хотя, идти через болота невесть куда…