Книга Чёрт на ёлке и другие истории, страница 101 – Дарья Иорданская

Архив располагался в старом здании почты. Новое было построено года четыре назад на деньги купца Евдокимова, отличалось немалым уродством, но, по словам самих почтовых работников, было весьма удобно. Старое же, тесное, с низкими потолками, узкими коридорами и комнатками-клетушками, где не помещались ни люди, ни письма, ни тем более посылки, отдали под городские архивы. Они также помещались тут с трудом, и работать приходилось в крошечной конторке за узким ломберным столом, хранящим еще следы какой-то давно завершившейся игры. Сукно засалилось, вытерлось, и пахло от него вином, табаком и копченостями.

Прежде Олимпиада в архиве бывала, должно быть, всего единожды, когда сопровождала Штерна. От того визита у нее в памяти мало что осталось. Да и вообще, пытаясь восстановить хоть что-то из своего прошлого, она всякий раз обнаруживала, что вспоминать совершенно нечего. Не заслуживал Штерн памяти, как и прежняя ее жизнь.

То ли дело – сейчас. Сейчас Олимпиада ясно видела, что есть применение ее талантам, да и таланты имеются. Пусть больше ей не доступна магия, но голова-то на плечах осталась.

Впрочем, перед людьми важными – а заведующий архивом, может, и не был таким, но умел казаться – она все еще робела. Она назвала цель своего визита, сослалась на Лихо и села на предложенный стул. Заведующий вернулся минут через пять, передал ей ключи и весьма нелюбезно махнул в конец коридора.

О состоянии полицейского архива лично Штерн не заботился, Лихо было не до того, да и Мишка тут побывал накануне. Если и стояли прежде папки в соответствии с какой-то системой, то сейчас она уже едва ли просматривалась. Вроде бы по году все расставлено. Или сначала по типу преступления? Или… Олимпиада рукой по папкам провела, и в воздух взметнулась сухая пыль, заставив ее расчихаться. И глаза заслезились. Пришлось протирать их платком, а потом еще стул подвигать, взбираться на него и открывать маленькое окошко, чтобы в комнату проникло хотя бы немного свежего воздуха. Затем Олимпиада села к тому самому ломберному столику и оглядела комнату.

Кажется, Лихо решил от нее избавиться.

Комната была длинной, узкой, очень тесной изначально, а шкафы сделали ее и вовсе похожей на гроб. Чтобы добраться до самой дальней части, надо было протискиваться между полками пыльными, на которых стояли, опасно кренясь, объемистые папки. Олимпиада постучала ногтями по краешку стола, раздумывая, с чего же начать.

Нераскрытые убийства. Все верно.

У Олимпиады ушло не меньше двух часов на то, чтобы разобраться в путаной системе, и еще полчаса – чтобы пыль протереть. Для этого пришлось платок достать и за водой сходить к умывальнику. Наконец она смогла сесть к столу и приступить к просматриванию документов.

Убийства были в Загорске делом достаточно привычным, как и везде. Это только столичные романтики считают, что в провинции все тихо да гладко. Случались поножовщины, семейные драмы, скандалы, дуэли. В основном все эти убийства были раскрыты, а преступники отправлены на каторгу. Но встречались и загадочные истории. К примеру, в Пригорском овраге – это на противоположном берегу Ламы-реки – бесследно исчезло несколько человек. А из самой реки, совсем рядом с затоной, выловили три года назад обнаженное тело женщины лет сорока, опознать которую не удалось. Ее похоронили под именем Марии Ивановой, потому что ничего лучше не придумали. И все. Больше ни одного подозрительного тела, ни одного заявления о пропавших.