Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 31 – Евгений Бочковский

Глупо хвастать, но еще глупее отворачиваться от очевидного, пусть и приятного. Сравнение нас с Уилсоном на моих глазах оборачивалось явно не в его пользу. Если я не догадался только про то, что дядя выдуманный, но сообразил, как вытянуть из Холмса признание, то Уилсон не догадался про всё, про что только можно не догадаться. Поэтому закономерно остается в плену заблуждения насчет как минимум одного представителя своей родни. И сейчас не находит себе места. Не от мысли, что за всю жизнь так и не повидался с таким близким для себя человеком, а от осознания, что на сей раз, по-видимому, от этого не отвертеться. Разумеется, Уилсону ужас как не хочется отправляться в Йорк, но соображения родственности могут заставить даже такую бесчувственную скотину сняться с места, и тогда… Я даже зажмурился, представив себе, что может получиться.

– Только не обижайтесь, Холмс, я всегда ценю ваши методы, однако мне кажется, в данном случае использование агента втемную не сулит ничего хорошего.

– Втемную? – переспросил Холмс. – Ночью, что ли?

– Ну, то есть когда он действует, будучи дезориентированным ложной информацией, – торопливо пояснил я. – Если Уилсон доберется до Йорка и не найдет там дядю… ни живого ни мертвого… вообразите, какой поднимется скандал!

– Как в Богемии? – хихикнул Холмс, вытянув шею из своего кресла, но мне было не до шуток.

– Нам несдобровать, я серьезно. Следующий рассказ разнесет нас в пух и прах.

– Не собираетесь же вы опуститься до публичного покаяния? – посуровел мгновенно Холмс, и, только взглянув на него, я вспомнил, что он в отличие от меня так и продолжает считать меня Дойлом. – Этого я от вас, признаться, не ожидал услышать. Запомните, что бы ни случилось впредь – с Уилсоном или еще с кем, – вы уже в дебюте сумели поймать нужный тон, стиль и прочее. Такое мало кому дано. Вы настоящий талант, Ватсон, состоявшийся литератор, так извольте держаться избранной линии и никуда не сворачивать.

Растерявшись окончательно, я торопливо пообещал Холмсу никуда не сворачивать. Никогда, ни при каких обстоятельствах. Особенно в литературе.

– Не переживайте, Ватсон, – смягчившись, в свою очередь, решил успокоить меня Холмс. – Я же сказал, всё в порядке. Разумеется, он понял.

– Что понял?

– Что нет никакого дяди.

– И что не было?

– Конечно. Он понял, что ему следует просто обмануть своих нанимателей. Надеюсь, у него это получится.

– Вы уверены? – спросил я упавшим голосом.

– Я же сказал, надеюсь. Неизвестно, насколько он хороший актер.

– Я про другое. Вы уверены, что он понял, что по-прежнему один-одинешенек, без подсказки?

– Я уже не уверен, что понимаю вас, – озадаченно посмотрел на меня Холмс, уловивший в моем тоне нотки разочарования вместо ожидаемого успокоения.

– Вы действительно видите смысл затесаться в штат этого самого «Союза рыжих»? – предпочел я сменить тему. – Что за необходимость такая?

– Значит, вас ничто в его рассказе не удивляет?

– Не то чтобы, – пожал я плечами. – Просто я привык к обилию сумасшедших в нашем обществе и не имею ничего против безопасных. Здесь, как видно, тоже затесалось явное безумство, но, как мне кажется, вполне невинное.

– Хотите сказать, мало ли на свете свихнувшихся миллионеров?

– Вот именно. Американцы – что с них возьмешь! А завещание, сами знаете, такая штука – хочешь не хочешь, а приходится исполнять.