Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 176 – Евгений Бочковский

– А теперь заберу свои слова назад!

– И что с того? Чего будут стоить ваши новые показания? Столько же, сколько слова, от которых вы отказались. Даже если вы заявите, что кража произошла в отеле, то опять же неизвестного паяльщика наняли вы.

– Я позабочусь, чтобы неизвестный паяльщик обернулся известным сыщиком.

– Если вы всерьез рассчитываете, что меня опознают в отеле, мне искренне вас жаль. Еще никто не разоблачил меня в моем искусстве маскировки, тогда как вы неосмотрительно привлекли к себе внимание своими порывистыми телодвижениями вокруг товара Мэгги Окшотт. Вы выглядите как пойманный жулик, цепляющийся за последнюю надежду свалить вину на кого угодно. Вы – утопающий, но я вам не соломинка!

Блистательная контратака Холмса играючи расправилась со всеми выпадами Кьюсека, но он не собирался сдаваться. Кровь прилила к его лицу, он часто дышал, словно задыхался, но продолжал твердить вмиг охрипшим голосом:

– Повторяю, Холмс, мне терять нечего. Даже если я не потяну вас за собой, вашей репутации после такой истории будет нанесен смертельный удар. Сыщик, похищающий ценности и возвращающий за вознаграждение! От вас отвернутся самые преданные поклонники. Ни один клиент не доверится тому, кто вытворяет такие проделки!

– Да что с вами такое?! – с искренним недоумением воскликнул Холмс. – Далась вам моя карьера. Вам-то что с того? Сидите себе тихо, и всё будет хорошо. Чем вас так напугал Лестрейд, что вы готовы выдать ему наши дела?

– Дело не в Лестрейде. Руки у него не доросли, чтобы достать меня. Мне позарез нужны деньги. Я увяз в долгах и надеялся, что продам камешек и заживу припеваючи. А вместо этого еще и погорел на этих чертовых гусях. Поймите, это не моя прихоть! В противном случае меня ждет долговая тюрьма. У меня нет выхода, поэтому я обращаюсь к вам.

– Вы хотите, чтобы я уступил вам часть вознаграждения графини? – догадался Холмс и посмотрел на Кьюсека по-новому. По его оценивающему взгляду я угадал преддверие непростых переговоров, когда упреки и прочие эмоции с их пышным слогом сворачиваются в один миг, словно ковер, и обнажают под собой простую жесткую поверхность деловых сношений. – Сколько ж вы хотите? Десять процентов? Половину?

– Ах, если бы! – сардонически расхохотался Кьюсек. – Если б только еще имело смысл заводить речь о вознаграждении, я забрал бы всё, и вы бы отдали мне как миленький. Но теперь это уже неважно.

– Что значит неважно? – с тревогой переспросил Холмс.

– Сегодня у нас с леди Моркар состоялся довольно непростой разговор. Меня особенно встревожило то, что ее светлость, похоже, испытывает серьезные сомнения по поводу целесообразности своего решения. Я имею в виду выплату вам награды.

– Сомнения?! – подскочил Холмс. – Но вы же обещали, Кьюсек!

– Обещал, потому что не сомневался, что пообещает и она. Но что-то пошло не так. И самое ужасное, что на этом мои неприятности не закончились. Ее светлость смотрит так, будто подумывает избавиться от меня. Это вдвойне нехорошо, потому что в качестве еще одного срочного способа добычи средств я собирался попросить ее выплатить мне жалованье за полгода вперед. Естественно, теперь об этом не может быть и речи. Вместо этого я, похоже, совсем скоро лишусь места с хорошим заработком. Видите, как всё плачевно обернулось для вашего покорного слуги, мистер Холмс!