Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 174 – Евгений Бочковский

Эта насмешка стоила всех издевок Кьюсека и разом вернула всё на свои места. Он это понял не хуже нас. Я вспомнил, как рождественским утром он поднял нас с постелей, примчавшись, едва лишь рассвело. И выглядел еще жальче обычного. Но я тогда списал это на волнение, не догадываясь, какое крушение он пережил всего несколько часов назад. Его интересовало только одно: всё ли я правильно сделал, не напутал ли чего. Его вопросы были навязчивы до бесконечности, но и это казалось вполне естественным. Теперь-то я понимал истинное значение того отчаянного выражения, с каким он заглядывал мне в глаза. Он был абсолютно растерян и беспомощен, так как не мог понять, что произошло: ошибка или дьявольская хитрость, примененная в ответ на его надувательство. Я отвечал убежденно, ибо и сам верил в тонус определенных мышц полосатого самца и его ответственное отношение к доверенному ему алмазу. Наверное, он посчитал меня превосходным актером, мастерски разыгрывавшим наивное неведение. Во всяком случае теперь, когда порядок событий был восстановлен полностью, не приходилось сомневаться, что сразу же после раннего визита к нам он бросился к Маргарет Окшотт скупать ее птиц. Мэгги утаила от него самую мелочь. Что Джон Хорнер всё равно получит своего гуся. Пусть и помельче, и без полосы, но получит. Символизм наделил эту историю особенной красотой, ибо в ней абсолютно все получили по заслугам. Мы добыли успех, потому что заслужили его, несмотря ни на что. Да, здесь не обошлось без помощи свыше, но Кьюсек, так и не осознавший справедливость своего незавидного удела, сначала принизил наш триумф до слепой случайности, а затем утратил веру и в нее, а потому смотрел на Холмса со страхом как на живое воплощение дьявольского духа.

– Ума не приложу, как вам удалось перехитрить меня! – заговорил вдруг он совершенно незнакомым, низким голосом. – Как вы догадались? Когда, где я допустил ошибку?

– Ваши планы спутал мой верный помощник, – ответил Холмс и посмотрел на меня с нескрываемой любовью. – И пусть ради этого ему пришлось сначала немного запутаться самому, сути дела это не меняет. Не вы, Кьюсек, допустили ошибку. Находчивость Ватсона, комичная и вместе с тем гениальная, – вот что погубило вас.

– Находчивость?! Скажите лучше прямо, что этот остолоп перевернул всё с ног на голову по единственной причине – своей безграничной глупости! – Кьюсек взглянул в мою сторону с такой звериной ненавистью, что мне стало не по себе. – Доктор, ваши руки надо оторвать и выбросить! Зачем они вам, если вы ничего путного не в состоянии ими сделать?! Мой приятель даже калитку вам открыл заранее, подозревая, что этот трюк вам окажется не под силу. Причем дважды, потому что вы, Холмс, зачем-то ее заперли снова.

– Я подумал, что Ватсон уже побывал там, – ухмыльнулся Холмс. – Он всех перехитрил.

– Так вот почему она так легко отворилась! – воскликнул я радостно, потому что с мучащей меня тайной калитки было покончено.

– Легко, потому что это сделали не вы. Ее и заперли за вами, так как вы и с этим не сладили! Вам оставалось только взять нужного гуся. Единственного с черной полосой, черт побери!

– Вы будете смеяться, но он не ошибся, – сказал Холмс. – По крайней мере, с выбором птицы. Но, оказывается, даже в таком нехитром деле можно набрести на неожиданный подход.