Онлайн книга «Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало»
|
Глава тридцать девятая. Совет на прощание Из записей инспектора Лестрейда Окончание записи от 29 декабря 1891 г. Графиню Моркар я рассчитывал увидеть по-настоящему счастливой, ведь всё ужасное для нее осталось позади. Однако меня встретила грустная, измученная женщина. К общему впечатлению исходящей от нее усталости примешивалась еще и плохо скрываемая растерянность. Очевидно, все эти дни ее светлость провела в тяжких раздумьях, не отпустивших ее и после того, как карбункул был найден. – Миледи, позвольте быть с вами откровенным. – Разумеется. – Обстоятельства похищения и в еще большей степени обнаружения вашего камня столь необыкновенны, что я бы рекомендовал вам не спешить с выплатой вознаграждения. – Необыкновенны? Надо ли понимать так, что под этим словом вы подразумеваете не столько их причудливый характер, сколько… – Криминальный. – Точно. Кажется, именно это слово я пыталась вспомнить. – Скажу начистоту: всё это сильно смахивает на инсценировку. И хорошо еще, если ее целью было получить от вас лишь награду, а не сам камень. – И это вы называете «хорошо»?! – воскликнула она, и в ее от природы мягких глазах я впервые заметил гнев. – Если это такой розыгрыш, то я бы не назвала его смешным и тем более невинным. Однако согласитесь, обвинение в столь возмутительном поступке нуждается в надежном подтверждении… – Мы это называем доказательствами. – Пусть так. Готовы ли вы их мне представить? Поймите, я ведь тоже чувствую в том, что произошло, какой-то отвратительный привкус фальши, подвоха. Это так оскорбительно и так больно догадываться, что в отношении тебя позволили такое неуважение… Но только лишь догадываться и ничего не знать! Из-за этого ужасного ощущения я невероятно измучилась за последние дни. – Поверьте, миледи, я понимаю ваше состояние. – Признаться, я до сих пор ощущаю себя в наиглупейшем положении и не понимаю, что мне с этим делать. Будто я стала жертвой дичайшего недоразумения. – Хотел бы я согласиться с вами, но, к сожалению, всё гораздо хуже. – Ну как же хуже? – улыбнулась она печально, прося жалобным взглядом ответа, который успокоил бы ее. – Алмаз-то вернулся ко мне! – Не исключена вероятность, что что-то подобное может повториться, так как по заслугам никому не воздано. – Нет, прошу вас не говорить так. Конечно, хорошо, что всё так закончилось, – попыталась она убедить себя со вздохом и слабой улыбкой, но тут же ее губы задрожали от сдерживаемой обиды. – И все-таки я бы хотела получить объяснение, как мой камень оказался внутри этой птицы! Например, от вас. – У меня его нет, – ответил я. – А вы не задавались вопросом, почему его не предоставил вам тот, кому вы собираетесь выплатить столь крупную сумму? – Вы должны знать, инспектор, что он никому не открывает своих чудесных секретов. – Должен знать? Откуда? – Бог мой! – рассмеялась она недоверчиво. – Только не скажите, что вы не знакомы ни с одним из замечательных рассказов, которыми зачитывается весь Лондон! – Именно так, миледи. Не знаком. – Напрасно, инспектор. Рекомендую от души. Очень занимательное чтение. И так талантливо написано! – Прошу прощения, но вместо занимательного чтения меня интересует, чем взаправду занимается этот человек. – Ах так?! Ну так вы и получили ответ. По крайней мере, мистер Холмс вернул мне мой любимый камушек, тогда как полиция не сделала вообще ничего! Чем можете похвастать вы, инспектор? Какими успехами? |