Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 106 – Евгений Бочковский

– Брось, ты пока ничем не рискуешь.

– Ошибаешься. На кону месячная аренда домика на Флоквуд-стрит за свой счет.

– Вот даже как? – присвистнул Грегсон. – Флоквуд-стрит – это же…

– Да, на той же улице, совсем рядом. Точнее, через один дом.

– Вижу, ты пошел ва-банк. – В сгущающихся сумерках только тон мог выдать его улыбку. – Такая щедрость неспроста.

– Давай-давай, упрекни меня в меркантилизме.

– Но ты должен признать, что все случаи, когда ты щеголял широтой души, объяснялись довольно-таки буднично.

– Не веришь в мое благородство? Вот тебе последний удар: я добился прибавки к жалованию Джорджа Эллиота!

На это Тобби только ахнул. Темнело быстро. Кэб увозил нас всё дальше к окраинам Лондона. С приближением к месту взаимное подтрунивание угасло само собой, и я вступил в молчаливую борьбу с неослабевающими сомнениями.

Нет ничего дороже репутации, но и материальных средств жаль, если они выброшены на ветер. Плохо, что хозяин дома не согласился на меньший срок. Но выбора не было. Такого удачного расположения для наблюдения при всем желании не найти. Выгорит – предъявлю счет конторе, а нет – постыжусь и заикнуться. Логика, безусловно, есть, и, если б я ее озвучил, Грегсону пришлось бы признать, что замысел мой возник не на пустом месте. Но в данном случае логика вторична. Ее доводы родились задним числом, помогая утвердиться более зыбкому. Тому, что было лишь однажды почувствовано, и то мельком, и во что хотелось бы верить с большим основанием. Их порядок строен и точен при условии, что верен изначальный посыл. А вот с ним ненадежно, но, когда на руках пусто, сгодятся и ощущения. Беда только, что в них веришь тем охотнее, чем скромнее запас улик.

Вообще-то я иду против собственного принципа. Выдержка превыше всего. Прикинув так и этак, я решил, что, если рыбка клюнет, подсекать ее немедленно необязательно, потому что уплывать ей вроде бы ни к чему. В крайнем случае, если визит, вопреки моим расчетам, вдруг свернется, это сделают без меня. На то и выданные инструкции. Где среди прочего вменялось в любое время суток послать за мною. Теперь же выходило, что у меня ни к черту с нервами, и я намерен свалиться на голову своим людям то ли с проверкой бдительности, то ли еще с чем, но в любом случае без приглашения.

Можно испытывать какие угодно иллюзии по поводу стойкости собственного терпения, покуда занят делами. Но время высвободилось. Поиски на Хэмпстед-Хит в самом разгаре. Однако даже Грегсон не видит смысла пропадать там с утра до ночи. Прошло слишком много времени. Расчет, что свежая земля укажет место, не оправдался. Погода взяла не нашу сторону. Пособничество природы в укрывательстве выразилось в том, что маскировку рук человеческих не отличить от ее работы. Дождь заливал пустошь два дня, вдобавок с ранним приходом осени взялись лысеть тополя. Всё слилось: повсюду липкая раскисшая почва вперемешку с ветками, травой, песком и осыпавшейся листвой.

С надеждой на благополучный результат я распрощался раньше Грегсона. Безуспешные попытки добиться чего-то мало-мальски связного от бродяги только укрепили меня в пессимизме. В его голове оказалась такая каша, что расспросы обратились в чистый анекдот. Комизм ситуации, превзойдя человеческие возможности, отдавал уже чем-то символическим – так насмехаются откуда-то свыше.