Книга Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа, страница 351 – Евгений Бочковский

Многие из присутствующих находились в этом же зале в тот достопамятный день, когда Перси выступал перед публикой со своей незабываемой историей про Пестренькую Ленточку. И очень многим из этих многих Перси показался тогда милым недоумком, из тех, кому на спор бросают в рот медяки, а он их ловит и хохочет заодно с теми, кого развлекает. Тот факт, что этот неумелый фантазер оказался жестоким убийцей, шокировал, но одновременно, казалось бы, и многое объяснял. Действительно, дурачок, так стоит ли глубоко копаться там, где все ясно и где в то же самое время никогда ничего до конца не будет понятно, то есть в мозгах идиота, чье сознание, подобно покосившейся крыше, тронулось и окончательно рухнуло в эту ветреную ночь?

Как ни соблазнительно было пойти по этому всё упрощающему пути, сэр Уилфред, к его чести, попытался удержать направление поисков в русле рационализма. Однако все его усилия связать заговорщицкой нитью достойную женщину с порочным мужчиной ни к чему не привели. Мисс Сэйлз ни разу не видели в обществе Перси, к тому же овдовевшего совсем недавно. Да и мог ли прельститься захудалой придорожной гостиницей сын влиятельного дельца?

Как только его светлость решился самым осторожным и деликатным образом упомянуть имя Джозефа Армитеджа, мистер Диффендер уведомил суд, что уполномочен от лица семьи мистера Джозефа выступить с заявлением. Суть свелась к тому, что, каким бы имуществом ни владел Перси, все его наследники по линии отца, все эти бесчисленные Армитеджи не желали иметь с этим дела. Таким образом, все, что Персиваль Армитедж унаследовал от покойной жены (собственное имущество он давно промотал), согласно распоряжению Джозефа Армитеджа переходило к тетке Элен, как единственной ее наследнице по линии матери. Мистер Диффендер объявил, что письмо с соответствующим предложением уже отправлено Гонории Уэстфэйл, и что его клиент не сомневается в том, что оно будет принято. При этих словах своего коллеги мистер Файнд загадочным образом приободрился, будто его подвел слух и ему вместо Гонории послышалось имя Мартина Ройлотта. Или сердцеед Мартин так уверен, что перед его напором не устоит и мисс Уэстфэйл, и что ее будущие приобретения уже у него в кармане?

Пока я размышлял над этим странным эпизодом, подоспели главные неприятности. Оказалось, что шантажист и убийца (по причинам, лично мне абсолютно непонятным) сохранили у себя письма, которыми обменивались в ходе своих, так сказать, переговоров, словно собирались, несмотря на щекотливое содержание, предъявить их суду в качестве доказательства личной правоты. Все три документа, обнаруженные полицией, сэр Уилфред придерживал до-последнего, как решающий козырь. Или его видимость в случае блефа. Когда же, наконец, пришло время их озвучить, и шантаж стал очевиден даже тем, кто верил в безгрешность человеческой натуры. Однако, к великому для нас счастью, мистер Сэйлз настолько виртуозно оформил свои претензии к Перси, что сэр Уилфред, сколько ни рассматривал на свет оба его послания в надежде, что содержащиеся в них намеки сделаются прозрачнее, так и не разобрался, за что же именно Армитеджу предлагалось раскошелиться. Заподозрить Перси в том, что в самое ответственное время его не было в номере, его светлости изрядно мешало то, что он не знал, что Перси просто обязан был быть там, где его не было. Как и все, кто в отличие от Лестрейда так и не успел приватно пообщаться с мистером Сэйлзом, сэр Уилфред даже не догадывался, что Перси вообще был в тот день в Летерхэде.