Книга Холодные близнецы, страница 136 – С. К. Тремейн

На Громовом острове гремит гром. Я смотрю на пол, на маленькие пузырьки. Осталось несколько пыльных таблеток. Я могу наглотаться антидепрессантов. Но я хочу оставаться в ясном и здравом уме. Мне надо вспомнить правду, хотя мне и станет больно от нее.

И мне не нужны таблетки, чтобы отключиться. Я настолько вымоталась, что способна лечь, свернувшись в клубочек, прямо сейчас. Лечь с молитвой: пожалуйста, пожалуйста, пусть буря к утру закончится.

Внебрачная связь?

Стянув с себя верхнюю одежду, я стелю на кровать одеяла, гашу свет и ложусь. Следующие полчаса в голове крутятся события дня, а за окнами скрипят деревья.

Постепенно сон, как трясина, затягивает меня.

Меня будит Лидия.

Она стоит возле постели – нечеткий силуэт в сумраке комнаты.

– Мама, мне страшно. Ветер ломится в комнату.

Спросонья я почти ничего не соображаю. Я даже не представляю, который час. Может, уже за полночь?

Ураган продолжает крушить все вокруг. Ливень, как и раньше, хлещет в стекла. Что за бесконечный шторм! Я донельзя вымоталась.

Я тянусь к едва различимой дочери, к ее теплой маленькой лапке. Ее лица не разглядеть, и я не знаю, плачет ли она. Ее голос дрожит. Я зеваю и говорю:

– Давай, ложись вместе с мамой.

Лидия прыгает под одеяло и сворачивается калачиком рядом со мной, я вдыхаю сладкий запах ее волос, мы нежно обнимаем друг друга. Тепло ее тела успокаивает, и я опять засыпаю, ощущая умиротворение.

Когда я пробуждаюсь, за окнами темно. Ветер воет с прежней силой – мои молитвы не были услышаны.

Мне хочется заорать: «Заткнись!» Так же, как мой отец, как Энгус.

Внезапно я понимаю, что Лидии рядом нет.

Но на простыне отпечатались контуры от ее тела, а на подушке я различаю вмятину от ее головы.

Где Лидия?

Я вскакиваю, накидываю халат, хватаю фонарик и босиком бегу через весь дом – через сырую гостиную, через холл – в комнату Лидии. Я распахиваю дверь и свечу фонариком на кровать. Она спит, и ее ночник моргает рядом.

В той же позе, в какой я ее оставила несколько часов назад. Прижимая к себе Лепу.

Наверное, она и не вставала. Да, определенно. Она бы не смогла идти ко мне в спальню в кромешной темноте. Она никогда бы этого не сделала.

Глубоко внутри просыпается страх, меня будто режут на визжащие от ужаса куски. Если Лидия не вставала с кровати после того, как я поправила ей одеяло, то кто был у меня в постели? Кто эта девочка? Я целовала Кирсти? Обнимала привидение? Настоящее привидение, но… с теплой кровью?

Хватит. Я – безумная тетка, которая пила лекарства. Я больше не могу это выносить. Я смотрю на квадратный будильник на прикроватном столике Лидии. Нет и шести. До рассвета еще два часа.

Но кошмар должен когда-нибудь закончиться. Я покидаю комнату Лидии и, освещая стены фонариком, плетусь обратно – в холл, в гостиную, в промерзшую столовую. Здесь холоднее, чем обычно. Почему?

Пол залит ледяной водой, от которой коченеют мои босые ноги. Откуда же она взялась? Я чувствую, как мне на плечи капает, и робко направляю луч фонарика вверх.

На потолке зияет огромная дыра: шифер снесло ураганом, балка сломалась и упала сквозь просевшую штукатурку.

Я вижу штормовое небо, по которому плывут грозовые тучи.

Случилась катастрофа. Нам нужна помощь.

Я хватаю телефонную трубку. Она мертва, разумеется. Все мертво. Провод в конце концов вышел из строя.