Книга Клан, страница 182 – Кармен Мола

Лифт поднимался до тридцатого этажа, значит, выше должна была вести какая-то лестница. Простиравшийся перед ним длинный коридор вызывал головокружение, но Сарате шел по нему твердым шагом, пока не обнаружил, что ноги ему изменяют. Тогда он привалился к стене и попробовал сосредоточиться на линиях стен. Казалось, они образовывали нечто вроде воронки, водоворота, способного втянуть в себя любого, кто осмелится переступить дозволенный рубеж, как будто коридор заканчивался пространством другого измерения. Нет, с Сарате явно происходило что-то странное: либо он был на грани обморока, либо сходил с ума. В конце коридора висела табличка с надписью «Аварийный выход». Он шел к ней, как сомнамбула, просветленный, у которого нет иного выбора, кроме как шагнуть в неизвестность. Наконец он толкнул дверь и ступил через порог. Его встретил поток холодного воздуха и лестничный марш на тридцать первый этаж.

Поднявшись наверх, он неожиданно столкнулся с охранником.

– Этот этаж закрыт.

– Я ищу свою комнату. Мой номер 3123.

– Вы, видимо, ошиблись. На этом этаже нет номеров. Обратитесь к администратору, вы что-то перепутали.

Охранник говорил вежливо, но твердо.

– У меня немного кружится голова. Нет ли здесь лифта, на котором я мог бы спуститься?

– Да, есть, служебный. Следуйте за мной.

Он провел Сарате по коридору, вдоль которого располагались большие, как в жилых помещениях, двери. Возле лифта стоял еще один охранник. Чуть дальше была приоткрытая дверь, и за ней угадывалось нечто вроде приемной. Оттуда вышла медсестра с тележкой, нагруженной окровавленной марлей и использованными хирургическими инструментами. Перекинувшись шепотом парой слов, охранники позволили Сарате воспользоваться лифтом.

Он вернулся на тридцатый этаж, пытаясь восстановить в голове план верхнего этажа. Все входы охранялись, и попасть в цитадель Сипеени без вооруженного столкновения не представлялось возможным. Враг был одновременно и близок, и недосягаем. Сарате не мог придумать, как попасть в нужное помещение. У него снова закружилась голова, пришлось прислониться к стене. Съехав по ней спиной, он обнаружил, что сидит на полу. С ним происходило что-то неладное. Неужели он сейчас грохнется в обморок? Перед его мысленным взором вереницей проплывали воспоминания: они с отцом играют в парке в футбол; отец в полицейской форме показывает ему блестящий, отполированный жетон; отец возвращается после долгих месяцев работы в неизвестном месте, целует маму в губы, пока он сам, еще малыш, с нетерпением ждет своей очереди, чтобы броситься ему на шею; отец, улыбаясь, вручает ему конверт, и он в восторге, потому что в конверте оказываются билеты на стадион «Бернабеу», на матч с участием «Реал Мадрида». Последний подарок отца к его дню рождения. Старшего Сарате убили за два дня до матча. Анхель прождал всю ночь, изнывая от жара и бессонницы, мечтая увидеть его ободряющую улыбку, ясные, как небо, глаза, надеясь, что он вот-вот окажется рядом. Но отец не пришел. Билеты на футбол остались лежать, забытые, в ящике стола.

Воспоминания продолжали кружить в его голове в ускоренном темпе. Прикоснувшись к лицу, Сарате понял, что плачет, но слезы не обескуражили его, а подстегнули к действию. Нельзя проявлять слабость в последний момент. Один этаж отделял его от долгожданной мести, после чего круг, наверное, замкнется. Сарате снова направился к аварийному выходу и открыл металлическую дверь. Поднявшись по лестнице и не оставив охраннику времени на удивление, он бросился на него и перерезал горло, изумившись фонтану крови, которая брызнула из раны, как из брандспойта. Затем оттащил труп за дверь и сообщил по рации: